Танкист (16 стр.)

Тема

На небольшой бой хватит, не более.

— Ждите указаний.

Ивлев отключился. Наверное, пытается связаться по рации с командиром батальона.

Приказа Павел не получил — не успел. Немцы выкатили из-за бугра две пушки. Увидев это, Павел закричал заряжающему:

— Осколочный!

Клацнул затвор пушки. Павел приник к прицелу, и в этот момент по корпусу танка раздался страшный удар. Потянуло дымом, и Павел потерял сознание.

Очнулся он от боли в ногах. Немилосердно трясло — его куда-то везли.

Пашка открыл глаза.

Он лежал на моторном отсеке танка, рядом с ним сидел заряжающий Сергей.

— Очнулся, командир?

Непослушными пересохшими губами Пашка спросил:

— Что случилось?

— Подбили нас, командир! Только двое нас из экипажа осталось. Танку — хана полная.

— А я как здесь?

— Я успел через нижний люк вытащить. Три наших танка сожгли с экипажами, только танк Супрунова остался, да снарядов нет.

— Ногам больно.

— Так ведь ранен ты, командир. Ничего, до госпиталя довезём, там подлечат. Потерпи.

Танк рычал, вздрагивая всем корпусом на кочках и рытвинах. В эти моменты становилось особенно больно, и Павел закусывал губу, чтобы не закричать.

Пытка продолжалась ещё около часа.

Наконец танк встал. Из башенного люка выбрался Супрунов.

— Жив?

— Вроде.

— Кажись, добрались.

Вчетвером Павла сняли с кормы танка, перенесли и уложили на носилки. Понесли. Носилки раскачивались, и у Павла закружилась голова.

— Куда мертвяка понесли? — раздался мужской голос.

— Да он же ранен, ты чего?

— Так ногами вперёд несёте.

— Врача давай, видишь — товарищу нашему плохо, ранен он.

— Сейчас. Поставьте пока носилки.

Вскоре к носилкам подошёл военврач в забрызганном кровью халате и с папиросой в зубах. Осмотрев Павла, он сказал:

— Оперировать надо, только медсанбат наш эвакуируется — немцы прорвались. Сейчас только перевяжем, и грузите на грузовик.

Павла перевязали прямо поверх окровавленного комбинезона.

— Ну, бывай, Стародуб! Может, ещё свидимся.

Его боевые товарищи осторожно пожали ему руку, и танк, взрыкнув мотором, уехал.

Двое санитаров погрузили носилки с Пашей в грузовик, где уже лежало несколько раненых. В кузов забрались легкораненые, заняв все свободные места. Двое сели в кабину, а один даже встал на подножку — окружения все боялись, как огня.

Грузовик ехал долго, больше часа, пока легкораненые не закричали: «Волга!» Грузовики погрузили на паром и переправили через реку.

Госпиталь располагался в небольшом селе недалеко от Сталинграда, в здании школы.

После осмотра раненых носилки с Павлом понесли в операционную. Бинты разрезали вместе с комбинезоном. Хирург осмотрел ноги Павла и покачал головой:

— Эк тебя осколками нашпиговало! Потерпи.

Доктор сделал несколько уколов новокаина рядом с ранами и начал орудовать инструментами. Пашке всё равно было больно, он ощущал, как доктор ковыряется в его теле пинцетом, извлекая осколки. Осколки военврач бросал в таз.

Пашка считал сначала — один, два, три, четыре… Потом он сбился со счёта, потому что доктор спросил:

— Что ты там шепчешь?

— Осколки считаю.

— Чего их считать, я тебе их после подарю. Повезло тебе, парень, кости целы, а мясо нарастет.

Пашку отпустило. В дороге он переживал, что перебиты кости, что он может остаться хромым, или, что ещё хуже — что ноги ему отрежут. Видел он в Саратове, во время учёбы в танковой школе, инвалидов без ног. Они ездили по тротуарам на самодельных тележках, на которых вместо колёс стояли подшипники.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке