Гипнотизёр (3 стр.)

Тема

И они опять смеялись, надевая плащи: приятное тепло от выпитого портвейна уже разлилось по телу и развеселило их сердца. Корделия подхватила небольшой железный утюг, который всегда носила с собой как орудие защиты; у Рилли на этот случай был припасен камень во внутреннем кармане плаща. Они пешком отправились на Друри-лейн, в "Кокпит", заведение миссис Фортуны, располагавшееся над магазинчиком. Чтобы попасть сюда, приходилось преодолевать шаткие деревянные ступеньки. Безработные актеры, готовые в отчаянии прыгнуть в Темзу, спасались здесь от хандры, обмениваясь новостями и предаваясь мечтам. У миссис Фортуны служители сцены могли узнать что-то новое, обсудить ближайшие перспективы, похвастаться или же порыдать и выпить. А еще они могли тут поесть, было бы желание: миссис Фортуна готовила огромный котел жаркого, добавляя каждый вечер свежую порцию. Если актерам становилось плохо, это служило сигналом, что блюдо пора выбрасывать и начинать все заново.

Сегодня вечером у миссис Фортуны, как всегда, собрались люди актерской профессии: мистер Юстас Онор, комик; балерина Оливия; танцующие карлики Джеймс и Джоллити. К ним присоединились безработные актрисы постарше - Корделия, Рилли, Анни, Лиззи; пожилой суфлер, отошедший от дел мистер Дженкс, и несколько молоденьких актрис, разные Эммы, Бетти и Сары. Среди них были и такие, кто привел молодых джентльменов, познакомившись с ними на улице (хотя миссис Фортуна была категорически против). Актеры, вернувшиеся после гастролей в Дублине и Манчестере или в Бирмингеме, прислонившись к стене, небрежно курили сигары и громко обсуждали новые гастроли. Рядом с ними довольно часто можно было заметить саму мисс Сьюзан Фортуну, дочь хозяйки заведения, которая оказалась умнее всех, удачно примерив на себя амплуа леди зрелых лет, хотя она была еще слишком молода. Анни, Лиззи, Корделия и Рилли сердито смотрели на нее. У мисс Сьюзан Фортуны был очень большой живот, поэтому директора театров охотно нанимали ее на роли немолодых леди, вместо того чтобы взять актрис соответствующего возраста.

Дым от сигар клубами поднимался вверх, и "Кокпит" все больше наполнялся громкими голосами. Аромат разбавленного водой виски и жаркого с колбасой повис в воздухе, а актеры обсуждали свои успехи. Танцующие карлики принесли с собой выпивку для актрисы, которая была не у дел. В гудящей толпе летали обрывки разговоров: Оливия жаловалась, что в последнем представлении ей приходилось делать хорнпайп. Мистер Юстас Онор возмущался тем, что вынужден являться в номере вместе с гориллой. Разные Эммы и другие юные актрисульки были поглощены увлекательной беседой с молодыми джентльменами, которая то и дело прерывалась взрывами смеха. Мисс Фортуна подсчитывала свои выходы. Но повсюду ощущалась тревога: будет ли еще работа, где взять денег, ведь профессия актера самая зависимая и ненадежная. В углу еще с лучших времен стояла арфа: мистер Онор настроил ее и начал играть, ему тотчас же отозвались песней. У многих гостей были хорошие голоса. Музыка часто оглашала стены заведения миссис Фортуны, смешиваясь с уличной какофонией Друри-лейн.

От всех недугов есть рецепт,
Коль хочешь жить ты до ста лет.
Но сам отец небесный
Дал нам одно лекарство,
Которое спасет и возродит,
Оно твое последнее богатство, -
Хмельное зелье радость нам сулит.
Терзаешься ль ты муками души,
Любви стрела ль тебя пронзила,
Ты от жестокостей Венеры отвлекись
И поскорей к бутылке приложись.
О да, о да, те слезы, что ты льешь у алтаря Венеры,
Скорей, дружок, в бутылке утопи.

Поздно вечером, пожелав Рилли доброй ночи на углу Лонг-Акре, Корделия отправилась домой по затемненным улицам назад по Друри-лейн. Согретая портвейном и ободренная присутствием утюга в кармане, она шла мимо нищих, старательно обходя оставленные кем-то лужи, и тихонько напевала:

О да, о да, те слезы, что ты льешь у алтаря Венеры,
Скорей, дружок, в бутылке утопи.

Глава третья

Мама Корделии и тетушка Корделии были известны как мисс Престон.

Предшественницы настоящей миссис Престон возникли фактически из небытия благодаря решимости, целеустремленности и невероятным усилиям воли: их путь к респектабельному подвальчику в Блумсбери начинался в грязных трущобах Севен-Дайалза, что неподалеку от округа Сент-Джиллс. Давным-давно светловолосые сестры Кити и Хестер убежали из дому навсегда, после того как их папаша проломил голову матери девочек бутылкой из-под джина и стулом. Сестрам было одной тринадцать, другой почти четырнадцать. Они знали только одного человека, к которому можно было обратиться за помощью, и этим человеком был брат их матери мистер Джордж Сим. Каким-то чудом оказалось, что он работает чистильщиком ламп в театре на Друри-лейн. В обязанности мистера Сима входило подрезать фитили и очищать от копоти стекла сотен ламп; у него была крохотная комнатушка при театре, в которой он спал, потому что по роду своей деятельности вынужден был покидать знаменитый театр последним, а вставать первым.

Он как раз начищал лампу, рассматривая ее на свет, когда явились Кити и Хестер. Увидев их испачканные несчастные лица, он вздохнул.

- Что на этот раз?

Однако девочки не могли говорить. Они не плакали, но зубы их стучали, будто от холода, хотя стояла середина лета, а в комнате, где начищались лампы, было душно и жарко. Мистер Сим вышел на пустую сцену, и сестры последовали за ним, не видя, что вокруг сцены расположены золоченые ложи, где вечером рассядется богатая публика. Они не заметили высокого потолка театра, без внимания остался и тяжелый бархатный занавес. Девочки все еще не могли обрести дара речи, пока их дядя менял масло в лампах у боковых стен.

- Масло должно быть только хорошего качества, - заявил он так, словно они сомневались в этом. - Никакого дешевого масла на Друри-лейн, потому что леди и джентльменам не понравится, если их причёски и красивые наряды пропахнут дешевым маслом. Они не пришли бы еще раз в такой театр, ведь так?

Он решил, что его сестре нужны деньги, поэтому она прислала к нему дочек. В углу сцены один из музыкантов играл на кларнете: инструмент издавал высокие надрывные звуки.

- Как поживает Мэри?

Дрожащие девочки переглянулись.

- Мы не вернемся назад.

- Но и здесь вам оставаться нельзя!

- Она мертва.

Мистер Сим вздохнул. Его ничем нельзя было удивить. Многие из его сестер и братьев уже покинули этот грешный мир. Он прошел в свою комнатку, и девочки последовали за ним.

- А ваш отец знает?

Мерзкий ничтожный пьяница. Он был портным, но обычно напивался до такой степени, что ему уже было не до работы.

- Отец сделал это.

Это известие все же вызвало на лице мистера Сима удивление, и он присвистнул. История стала ему понятной. Он вытащил бутылку эля, присел на стул, отпил чуть-чуть и протянул ее девочкам. Они были очень хорошенькие, юные, лет по тринадцать, а у него и своих забот хватало без племянниц на шее. Но мистер Сим знал, какая судьба их ждет, если он не поможет: красивые тринадцатилетние девочки протянут на улице от силы несколько месяцев, а потом попадут в публичный дом, подхватят сифилис или того хуже. Чудом было уже то, что они выдержали так долго. Он подумал немного, затем внимательно посмотрел на племянниц, словно оценивая по-новому.

- А ну-ка, умойтесь хорошенько, - велел он. - Повезло вам, что на этой неделе в театре устраивают новое представление.

С этими словами дядюшка исчез.

И каким-то образом ему удалось пристроить Кити и Хестер на Друри-лейн на роль "прогуливающихся леди" за двенадцать шиллингов в неделю! Да это больше денег, чем они видели за всю свою жизнь, работающий мужчина с семьей на руках не мог бы заработать больше. Именно мистер Сим (а он, как они знали, любил молодых юношей) нашел для племянниц одежду, которой актрисы обеспечивали себя сами: им достались платья, шляпы, ленты и туфельки. В своих новых нарядах девочки смеялись и прыгали вокруг него от избытка благодарности: они были леди в той же степени, что и мистер Сим джентльменом, но они очень миленькие, и это нельзя сбрасывать со счетов (а Кити была не просто хорошенькая, некоторые называли ее красавицей). Сестры внимательно следили за всем, что происходило вокруг, всегда готовые учиться и проявить услужливость. Они изображали солдатских жен или нимф; когда же не были заняты в представлениях, шили шляпы и платья, ремонтировали мечи, не ожидая вознаграждения. Они прятали заработанные деньги в туфельках и совершенствовали свои умения в чтении, так как приходилось заучивать наизусть большие куски текстов. И они никогда не жаловались. А еще они никогда больше не возвращались в Сент-Джиллс, в темные трущобы, на зловонные улочки, изрытые канавами, к своему отцу, который стал убийцей. Сестры делили комнату на Блекмор-лейн, сразу за Друри-лейн, с пятью другими "прогуливающимися леди", совсем неподалеку от места, где прохаживались проститутки. Для того чтобы перекрыть вход в комнату, они ставили у двери кровать. Сестры так и не сказали "спасибо" мистеру Симу, но довольно часто приходили утром в его комнату и помогали ему управляться с лампами, свечами и цветным стеклом, не обращая внимания на молоденьких юношей, которых заставали спящими в кровати дяди. Мистер Сим показывал им, как правильно носить украшения на костюмах и в волосах, как повернуть голову, чтобы сценический свет выгодно подчеркнул их драгоценности. Сестры слушали, наблюдали и учились - они заметили, что актрисы умеют менять голоса, и тоже овладели этим искусством. Они решили, что добьются того, чтобы их не отличали от настоящих леди, чего бы это ни стоило.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора