Шесть соток для Робинзона (75 стр.)

Тема

Око за око, зуб за зуб. Но Вадик изготовил «антилук», который не оберегает хозяина, а действует наоборот: аккумулирует весь чужой негатив, увеличивает его и бьет по своему владельцу. Если некий бедняга получает такой фетиш, долго он не проживет. Вот только внести и разместить в квартире жертвы предмет‑киллер должен исключительно тот, кто сконструировал антиоберег.

Вадим посмотрел на меня.

– Понятно?

– Пока да, – кивнула я.

Сперанский наклонился и уперся лбом в торпедо.

– Нельзя просто войти в дом под благовидным предлогом и бросить талисман где попало – он не сработает. Требуется тщательная подготовка, математический расчет, соблюдение массы условий, даже рисунок на обоях надо учитывать. Это очень сложно. Почти так же, как и смастерить «черный лук». Но я справился!

Фэншуист гордо посмотрел на меня.

– Ты не понимаешь, с кем работаешь. Я гений! Но во все времена люди, общавшиеся с великими повседневно, не могли объективно оценить их дар. Я умею то, что не доступно никому. На сегодняшний день я – лучший амулетчик мира. Впрочем, на вчерашний и завтрашний тоже. Я изучил тайные знания! Я лучше всех! Я…

Мой взгляд устремился в окно.

Не стоит спорить со Сперанским, лучше подождать, пока он завершит сеанс самовосхваления и продолжит рассказ.

Глава 21

Вадим тщательно изучил апартаменты Стебункова. Как ему удалось это сделать, учитывая, что Иван Гаврилович никогда не звал Сперанского в гости? Ответ на вопрос довольно прост.

Не так давно один из глянцевых журналов опубликовал репортаж из дома бизнесмена, в нем в подробностях рассказывалось об интерьере. Фотокорреспондент прошел по всем комнатам, снимки получились очень красивые. Иван Гаврилович наверняка был доволен материалом. Вот только он не учел, что у некоторых журналистов начисто ампутирована совесть.

Знаете, как делают такие гламурные съемки? Моя знакомая мыла полы у одной поп‑звезды и видела, как у нее в квартире работали борзописцы, поэтому я имею представление об их манерах.

Например, хозяин демонстрирует репортерам разные комнаты и говорит:

– Торшер, диваны можете снимать, но я не хочу, чтобы читатели увидели коллекцию холодного оружия на стене. Она очень дорогая, может привлечь внимание грабителей.

Корреспонденты понимающе кивают, клянутся, что даже не посмотрят в сторону клинков‑сабель, и вроде не нарушают данное слово. Подготовленную статью непременно покажут владельцу квартиры, тот убедится, что на снимках нет ничего такого, что бы он не хотел демонстрировать прилюдно, и даст добро на публикацию. Гламурное издание выбрасывается на прилавок, и все довольны.

Но проходит пара недель, и в низкопробном журнальчике, который специализируется на репортажах про звезд, захваченных врасплох (ну, вы знаете такие не очень приятные кадры, где селебретис красуются без макияжа, причесок и дорогих нарядов, поскольку пойманы ушлым папарацци при выходе из бани, фитнес‑центра, или когда они орут на водителя, шлепают ребенка, скандалят в ресторане‑магазине), появляется подробная фотоэкскурсия по апартаментам того самого человека, который запретил показывать коллекцию оружия. Только что это за снимки! Мало того, что под шапкой «Эксклюзив, только у нас» все кинжалы, кортики и иже с ними представлены во всей красе, так еще любопытный глаз любителей желтых изданий увидит смятый, явно давно не бывавший в химчистке плед на постели хозяина, треснувшую напольную вазу, брошенные на пол в ванной полотенца, лекарства из аптечки, продукты в холодильнике. Ни одному человеку не придет в голову выкладывать на всеобщее обозрение свечи от геморроя, мазь против герпеса и таблетки «трихопола», а тут вот они, пожалуйста, лежат на тумбочке.

Как же репортер из желтого листка заглянул в квартиру? Да не был он там! Просто интеллигентный фотокорреспондент сделал множество снимков и одни отдал в приличное глянцевое издание, а другие продал еженедельнику «Жизнь селебретис без тайн».

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке