Дама с коготками (13 стр.)

Тема

Мальчик лихорадочно отщипывал кусочки батона и крошил их в тарелку.

- Лукреция Борджиа отравила своего мужа мылом, - неожиданно сказал Кирилл.

- Как она заставила его съесть мыло? - изумилась Маруся.

- Он его не ел, помыл руки, и все. Яд через кожу проник в кровь.

- Какой ужас, - неожиданно вступила в разговор Диана, - разве можно убивать родного мужа?

Я посмотрела на женщину - да, она не немая, но, кажется, жуткая дура. Ничего не подозревавшая о моих мыслях, Диана продолжала разглагольствовать:

- Отравить, просто кошмарно! Потом наблюдать, как он мучается. Лучше уж, если просто попадет под машину или вывалится из окна, не на глазах, конечно. Жаль, однако всякое случается. Но отравить! Я бы не смогла.

Серж и Лена уставились на говорившую во все глаза, Степан поперхнулся, а Петр захихикал. Кирилл раздраженно дернул плечом:

- Любимая, заткнись.

Диана захлопнула рот, словно чемодан, и онемела. Удивительное послушание.

- Мерзкая погода, - попробовал переменить тему Серж.

- Очень холодно, - радостно подхватил Степка. Мы обсудили климатические условия, потом перекинулись на содержание собак и кошек, добрались до новых глистогонных препаратов, когда в столовую вернулась Люлю. Она, очевидно, только что тщательно умылась, но покрасневшие глаза выдавали женщину. Лариска долго плакала в ванной. Приученная соблюдать внешние приличия, она не собиралась терять лица и поэтому довольно весело проговорила:

- Прошу простить, тушь попала в глаза, пришлось смывать красоту. Потерпите меня, так сказать, в натуральном виде? Без косметики?

- Сразу видно, что ты не урожденная Войцеховская, - выпустила парфянскую стрелу свекровь, - наши женщины не мучаются подобными глупыми вопросами.

Люлю мило улыбнулась старухе и очаровательно произнесла:

- Кстати, вы тоже не из Войцеховских. Самое интересное, что никто не знает вашей добрачной фамилии, более того, по-моему, в вашем прошлом есть какая-то постыдная тайна. Иначе почему вы никогда не упоминаете о своих родителях? И родственников никаких нет. Похоже, вас нашли в капусте. Поделитесь секретом, поведайте о своем происхождении, расскажите, как жили до знакомства с Владимиром Сигизмундовичем.

Фрида замахала руками:

- Степан, слышишь, как эта змея оскорбляет твою мать? Сын промолчал. Старуха развернула кресло и вылетела в коридор с воплем: "Ноги моей здесь больше не будет".

- Ну зачем ты ее дразнишь, - укоризненно сказал Петя, - знаешь ведь, что мать латышка, все ее родные погибли в войну. Да они с Вольдемаром сто раз рассказывали о своей встрече в Ленинграде в 1947 году. Как тебе не стыдно!

- Не делай моей жене замечаний, - взвился Степан, - твоя Анна даже открытки матери на день рождения не прислала. А Лариса ухаживает за Фридой, терпит ее капризы и выходки. И Вольдемара, между прочим, тоже она обхаживала. Знаешь, какой у старика противный характер под конец стал: подозрительный, желчный. Тут не жизнь была, а кошмар. Он демонстративно ходил сам в магазин за едой и ел только готовые полуфабрикаты у себя в комнате. Просто извел всех своим маразмом. Тебе хорошо, раз в году приезжал, а мы постоянно терпели.

- Вот уж не знаю, как бы я повела себя, обнаружив в супе яд, - задумчиво произнесла Диана, - наверное, стала бы готовить сама...

- Тогда бы точно отравилась или умерла от непомерного потребления крутых яиц, - весело сообщил Кирилл, - душа моя, ты же совершенно не умеешь готовить.

- Да, - согласилась жена, - абсолютно не умею. Такая тоска нападает при виде сковородок и кастрюль. Лучше телик посмотреть.

- Вот тут, мой ангел, ты профессионал, - продолжал ехидничать муж, - а меня, как доктора, страшно занимает тот факт, что, проводя день-деньской перед экраном, ты абсолютно здорова, никакой гиподинамии и бессонницы, просто чудеса!

- Может, после завтрака сходим в питомник? - вмешалась в супружескую перепалку Люлю.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке