Алхимические хроники

Тема

Рассказ 1. НОЧНОЙ СТОРОЖ

Мужчины любят женщин,

женщины любят детей,

дети любят хомячков,

а хомячки никого не любят.

А. Рудазов

А теперь послушаем правильный ответ!

М. Галкин

Тиха кавладорская ночь. Дождь шелестит по густой летней листве, мостовая блестит в неярком свете редких фонарей, и Алер, закованный в камень набережной, неторопливо катит свои воды. Редкая птица долетит до середины Алера… Впрочем, если хорошенько размахнуться и прицелиться, а еще лучше - взять какую-нибудь тушку с хорошими аэродинамическими свойствами, то птичка-другая имеет шанс преодолеть заветный рубеж.

Тиха, еще раз повторяю, ночь в Талерине. Кажется, из всего населения столицы не сплю только я - кручусь у зеркала, проверяю качество макияжа, длину прически… Может, мне покраситься? Ярко-рыжий - не мой колер. Надо бы использовать натуральные цвета - бежевый, или цвета палой листвы… Еще лучше - цвет каштан, с оттенком жжёной охры. Интересно, если спросить в лавке - продадут, или скажут, что нет, таких цветов в природе не водится?

Я ещё раз взглянула на своё отражение в огромном бронзовом зеркале - таки да, я могу позволить себе такую роскошь, как использование в быту вещиц, которые сделаны лет за тысячу до моего рождения, - и вдруг из глубины темной полированной поверхности на меня надвинулось нечто.

Нечто было бледненьким подобием сильно растянутого на дыбе скелета гнома. По сравнению с обыкновенными скелетами оно отличалось: а) волосиками - серыми, будто присыпанными пеплом; б) костюмчиком - обычно скелеты, развратники этакие, одежонкой себя не утруждают (разве что найдется какой-нибудь оригинал с плохо забытыми привычками); в) кожей. Кожа была, как уже упоминалась, бледненькой, но явно не попорченной тлением.

Надо ли говорить, что от этого зрелища я испугалась?

Я завизжала и перекинулась.

Когда совершаешь переворот через голову и меняешь при этом форму, обычно оказываешься нос к носу с тем, кто - или что - стоит у тебя прямо за спиной. Я и оказалась нос к плечику тощего русоволосого мальчика в темном костюмчике. От неожиданности я заорала еще раз, и подпрыгнула вверх.

Мальчик с отстраненным вежливым любопытством смотрел, как я подскакиваю, как прыгаю на витрину с образцами цинского фарфора, как эта витрина, мать её, рассыпается в кучу осколков, как я прыгаю по острым черепкам, как врезаюсь со всей дури в зеркало, и как это зеркало с солидным гулом падает на пол.

Мальчик, еще раз повторяю, стоял и спокойно смотрел на происходящее безобразие. И вовсе он был не такой бледный и гномообразный, как мне показалось в начале. Оригинал, по сравнению с отражением в бронзе, был - да, тощеньким, не слишком загорелым, но вполне обыкновенным мальчиком. Русые коротко постриженные волосы, впалые щеки, телосложение обыкновенное детское, руки-ноги на месте, нос посреди лица, поджатые в некотором подобии смущения губы и любопытные карие глаза. На вид - лет девять, хотя я в человеческих отпрысках разбираюсь плохо - только и вижу, что тех, кого сюда приводят на экскурсию. А когда в стены Королевского Музея врывается стая воспитанников какой-нибудь воскресной школы, и все одновременно, в сорок-пятьдесят здоровых розовых глоток орут, какие замечательные кругом фигурки, а смотрите - рысь, как настоящая, и усы у нее длинные, и ушки с кисточками!!! Там не до подробностей. не на детей любуешься, а себя не знаешь, как от травм уберечь…

Я осторожно понюхала мальчика. Кажется, пахнет живым.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке