Парашютисты

Тема

Тельпугов Виктор Петрович

Тельпугов Виктор Петрович

Hoaxer: В своё время "Парашютисты" произвели на меня сильное впечатление. Книга отличались от множества "книжек про войну для среднего школьного возраста" практически полным отсутствием пафоса и лицемерного социалистического гуманизма. "Парашютисты" предваряют повесть "Все по местам!", есть сквозные герои.

Глава 1

Устали, намаялись парашютисты: по две учебных ночных тревоги в неделю, и после каждой - марш-бросок "с полной боевой" километров на двадцать. Кто служил, тот знает, что это за штука.

Старшина Брага говорит: польза для дела. Это ребята потом уже усвоили, что польза, а тогда икалось кое-кому после изнурительных учений. В первую очередь старшине, конечно! Но он был ко всему привычен - старослужащий. Услышит ворчанье, одно только слово скажет:

- Разговорчики!

И еще круче сделается. Подымет ночью, построит на морозе, проверит, все ли в порядке, - и, предположим, в баню. Да, да, и в баню по тревоге водил, и главным образом по ночам.

Помоется десант, распаренный, шагает до казарм, продираясь сквозь метель, а Брага:

- Запевай!

Тут, понятно, не поется, унылой любая песня кажется. Тогда старшина остановит строй, новую команду подает:

- На месте шагом марш! И опять:

- Запевай!

В конце концов одолеют ребята те самые ноты, которые требуются. Но и песня не греет на лютом ветру. Кто-нибудь потихоньку буркнет:

- Товарищ старшина, разрешите уши опустить.

- Что-о?..

Так он это спросит, что язык не повернется повторить. Топают десантники дальше с поднятыми ушами шапок, тем более что и он, старшина, шагает рядом. Только сапожки у него еще холоднее, чем у всех, - хромовые, куценькие, в такие лишнюю портянку не подвернешь. Скрипит по холоду каблучками, подбадривает приунывшего:

- Уши, значит, опустить захотели! Ничего себе защитники

Родины! Ну-ка, "Махорочку"!

И, не дожидаясь запевалы, сам выводит в морозном воздухе:

Эх, махорочка, махорка,

Подружились мы с тобой.

Вдаль глядят дозоры зорко.

Мы готовы в бой!..

Ночные тревоги чаще всего заканчиваются учебными прыжками. Если зазевается боец после команды штурмана, старшина даст ему легонько коленом под то место, где спина теряет свое название, и "рассеянный" ринется в бомбовый люк ТБ-3. Поймает глазом землю, рванет красное кольцо на груди и через мгновенье услышит звонкий всплеск шелка за спиной. Парнишку встряхнет, как термометр, и начнет мотать по всему небу. Тут смотри в оба даже при нормально раскрытом парашюте спускаешься со скоростью пять-шесть метров в секунду. Будь внимателен, не перебирай ногами, как на велосипеде, а, развернувшись на лямках так, чтобы ветер дул тебе в спину, старайся принять землю мягко и сразу же гаси купол, иначе будешь носом пахать. И имей в виду: старшина, хоть и прыгнул после тебя, сейчас уже внизу и смотрит за тобой, не пропустит ни одного твоего промаха. Брага всегда раскрывает парашют возле самой земли и потому приземляется раньше всех.

Но сегодня никаких прыжков - воскресенье. Первая рота спит спокойно. Старшина не потревожит покоя роты, можно беззаботно нежиться до семи часов утра! В воскресный день побудка на час позже обычного.

В общей сложности за неделю недосыпают ребята чуть не целую вечность. Вот и наверстывают упущенное. Впрочем, Брага смотрит на это дело совсем по-другому. Он говорит:

- Одну треть жизни человек проводит в постели. Нормально это? Никуда не годна и пословица: "Солдат спит - служба идет". Я так понимаю: солдат спит - и служба его дремлет, проснулся солдат, взял в руки оружие - вот тут служба и зашагала.

Командир первой роты старший лейтенант Поборцев, как и Брага, в армии служит давно, многое знает и умеет.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке