Пасынки Гильдии

Тема

Посвящается моей верной читательнице Анне Зангиевой, запустившей в Подгорный Мир чешуйчатого ползуна

1

Аргосмир просыпался – присмиревший, нарядный и умытый, словно ребенок, которого родители ведут в храм. Он и был сейчас ребенком, этот город, вспомнивший, что люди – не высшее и не главное в мире, сотворенном богами. Святилища, куда весь год горожане шли со своими горестями и надеждами, в этот день стали средоточиями силы и власти, семью сердцами города, семью престолами Безликих Повелителей, в грозном молчании ожидающих почестей, положенных им от сотворения мира.

Но далеко не все в столице Грайана были настроены столь благостно и мирно. Например, никакого праздничного оживления не читалось на худом, с острыми чертами лице женщины, что сидела на заросшем мхом большом камне. Холодный ветер с моря, долетавший сквозь бедные окраинные дворы на этот пустырь, заставлял ее кутать плечи в старую шаль. Женщина делала это рассеянно, не отводя взгляда от лежащей у ее ног груды небольших свертков из темной материи.

Обступив валун полукольцом, несколько мужчин ожидали, когда она заговорит.

Окажись на пустыре случайный прохожий – кинулся бы наутек при виде разбойничьих рож этих оборванцев. И прав был бы этот прохожий: от такого сброда лучше держаться подальше. Целее будешь.

Но сейчас бродяги держались с почтительностью, которая плохо вязалась с их не внушающим доверия видом.

Наконец женщина спросила сурово:

– Хватит огня-то?

– Хватит, королева! – первым успел отозваться смуглый парень с перебитым носом и черными сальными патлами. – А надо будет – и кровью город умоем!

– Грозный какой выискался! – строго и насмешливо одернула его женщина. – Сегодня огонь дороже крови. Жабье Рыло насчет резни приказа не давал… Проверили, как эти штуки горят? Что-то у меня нет веры этому алхимику.

Бродяги истово закивали, хором заверяя «королеву», что да, сожгли они один запал – хорошо горит, искры рассыпает… не угодно ли ей самой убедиться?

– Нет, они нам понадобятся все, – улыбнулась женщина уголками губ. – Увижу, как они горят, уже в деле. Сама одну штучку понесу, под шалью ее легко будет спрятать. Мне, пожалуй, нужен будет спутник, вроде как муж, чтобы отвлечь внимание.

– Я!.. – истово выдохнул смуглый парень с перебитым носом.

Женщина скользнула по нему равнодушным взглядом:

– Не с твоей рожей… Со мной пойдет Мордастый, только его надо одеть поприличнее. Собирайте это богатство в мешок, парни, поделите между кем надо. Не подведите Жабье Рыло! Пусть пожары начнут перемигиваться меж собой из конца в конец города!

Бродяги поспешно принялись укладывать свертки в рогожный мешок. А «королева», встав с валуна, отошла на несколько шагов и небрежно поманила рукой оборванца со сломанным носом. Тот ринулся к ней, словно верный пес, которого позвала хозяйка.

– Пойдешь к Шершню, – приказала женщина. – Скажешь ему: Гиблая Балка отзывается на слово Жабьего Рыла не хуже, чем Бродяжьи Чертоги. Скажешь: мы помним, кто наш господин.

Сияющая улыбка фаворита разом исчезла со смуглой физиономии оборванца.

– Шершень! – Он произнес это имя так, словно выплюнул что-то ядовитое. – Ну на кой Жабье Рыло поставил над нами чужака? Своих, аргосмирских не нашлось?

– Вот пойди и спроси у «ночного короля», – насмешливо посоветовала женщина.

Оборванец был так рассержен, что не обратил внимания на издевку.

– И чудные они какие-то, Шершень с его дружками.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке