Про ослика, ослика

Тема

Расул-заде Натиг

Натиг Расул-заде

На островок, находящийся неподалеку, всего лишь в нескольких километрах от одного из диких, каменистых пляжей Апшерона, молодые ребята, полные бездельных сил, посадив в лодку, привезли маленького ослика.

Ослик мирно пасся, пощипывая клочковато росшую несочную траву, и, завидев приближающуюся шумную компанию, доверчиво запрядал ушами, улыбнулся. Один из парней уселся на него, доставая ногами до земли, и ослик покорно прокатил его. Потом сел второй, третий... Ослик молча, безропотно, даже с какой-то непонятной радостью в душе возил этих голосистых, веселых ребят. Он был рад им услужить, был рад, что они обходятся с ним хорошо, не пинают, не обжигают бока хворостиной - до сих пор хозяин ослика, старый, весь высохший сапожник с трясущимися руками, каждое утро ездивший на ослике в свою сапожную мастерскую-будку на краю села и каждый вечер возвращавшийся из тесной и кисло пахнущей кожей мастерской, именно так обходился со своим молчаливым, услужливым другом. Конечно, старику сапожнику даже в голову не могло прийти, что ослик - его друг. Это ослик так думал. И так оно и было.

А потом, когда парни покатались вволю, когда им это надоело, они - у ослика замерло сердце от счастья - они осторожно ввели его в покачивающуюся на воде лодку, сели сами, оттолкнулись и... лодка заскользила по зыбкой, ослепительной глади. Ох, до чего же это было здорово! У ослика даже дух захватило. Он восторженно поводил головой, все пело, ликовало в его душе, вода ласково, тихо плескалась у бортов, солнце слепило, и ослик благодарно косился на своих новых друзей - ведь он впервые катался на лодке по тому синему и огромному, во что боялся заходить выше колен. Правда, поначалу, когда ребята подталкивали его в лодку, он было не на шутку перетрусил, но они, поглаживая, уговаривая, заставили его взойти в лодку, гладили его трясущиеся шею и бока, пока ослик не успокоился, и тогда медленно отплыли от берега. Ослик стоял мордой к носу лодки, и постепенно робость покидала его, он блаженствовал впервые за свою короткую жизнь возил не он, а его возили. Все было сказочно прекрасным - и это жаркое солнце, и небо, и море, и эта пахнущая чем-то знакомым лодка, и его новые друзья... Нет, нет, прочь сомнения, так можно отправляться только в какую-нибудь сказочную страну, где царит покой и нет никаких хворостин. Но, повернув голову, он увидел стремительно удалявшийся берег, где росла невкусная, жесткая трава, тающий в яркой синеве домик хозяина, и сердце на миг тоскливо сжалось в недобром предчувствии. Хотя это продолжалось очень недолго - короткий миг - и прошло. Потому, что рядом были друзья, ласково поглаживавшие его по спине, горячей от солнца. Конечно же, ребята в лодке думали совсем не так. Это ослик думал, что рядом друзья.

Ребята причалили к маленькому островку, осторожно высадили ослика, вылезли сами, привязали лодку к большому камню у воды и на время забыли об ослике, занимаясь своими делами - разворачивали привезенную с собою закуску,устанавливали на газетах, расстеленных на земле, стаканы и бутылки.

И ослик почти забыл о них, резвясь на лужайке, бегая по островку из конца в конец, прыгая от переполнявшей его радости, избытка воли и раздолья. А какая тут была трава! Высокая, сочная, крепкая, трава стояла, как длинный ворс на щетке, который однажды по ошибке ослик попробовал, получив за это крепкий пинок от старика сапожника. Старик красил дверь своего домика в зеленый цвет и, забыв помыть щетку, прислонил ее к двери, а ослик возьми да попробуй... Фу, какая гадость! Он до сих пор помнит сковавший рот мерзкий вкус и запах.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке