Песня Свон. Книга вторая.

Тема

Аннотация: Зло явилось в страну, которая некогда поклялась “жить по закону Божьему и людскому”, но стала жить – по закону жадности и ненависти.

Зло явилось во облике человеческом – во облике Человека Многоликого. Человека, точно знающего, КАК воздействовать на каждого из встреченных им на страшном его Пути.

Ибо темная бездна ненависти, зависти и вожделения – есть душа человеческая. Душа всякого – кроме Того, кого ищет Многоликий. Кроме – ребенка, имя которому – Сван.

Погибнет Сван – и не остановить уже грядущий Кошмар.

Кто встанет на смертном пути Тьмы?..

ОЗОН

* * *

В результате глобальной ядерной войны в США в живых осталась лишь небольшая часть населения. Но многие выжившие могут позавидовать мертвым. Голод, холод, радиация. Разрозненные группы людей бредут в поисках безопасного укрытия, но находят лишь смерть и разрушение. Некоторые из них готовы на все, лишь бы выжить. И не просто выжить, а извлечь максимум пользы для себя в этой ситуации, получить власть над окружающими людьми, не останавливаясь ни перед каким, даже самым жесточайшим насилием над себе подобными. А для некоторых из них смерть других – это величайшее удовольствие и развлечение. Но книга не только об этом. Эта книга не только о смерти и жестокости. Это еще и книга о чуде Жизни. О Жизни и Красоте, которые, не смотря ни на что, противостоят Смерти и Злу. Это книга о людях, которые, даже сами того не ведая, несут надежду почти мертвому миру на возрождение.

Роберт МакКаммон

Песня Свон

КНИГА ВТОРАЯ

Часть восьмая

Жаба с золотыми крыльями

Глава 48. Последняя яблоня

Снег сыпался с угрюмого неба, заметая узкую сельскую дорогу там, где за семь лет до этого был штат Миссури.

Пегая лошадь – старая и с провисшей спиной, но еще с сильным сердцем и способная работать – тащила маленький, неумело построенный фургон, покрытый залатанным темно–зеленым брезентовым верхом. Он представлял собой странную смесь различных трейлеров. Каркас фургона был сделан из дерева, но у него имелись железные оси и резиновые шины. Брезентовый верх был двуместной палаткой, рассчитанной на любую погоду, натянутой на вырезанные из дерева ребра. На каждой стороне брезента была надпись “Путешествующее шоу”, сделанная белым, а под ней меньшие буквы объявляли: “Магия! Музыка!” и “Победите Мефистофеля в маске!”

Пара тонких досок служила сиденьем и подставкой для ног водителю фургона, который сидел, закутавшись в старое шерстяное пальто, начинающее расползаться по швам. Он носил ковбойскую шляпу, поля которой отяжелели от инея и снега, а на ногах были разбитые старые ковбойские сапоги. По перчаткам на руках ощутимо бил жгучий ветер, и шерстяной шотландский шарф был обмотан снизу вокруг лица; только его глаза – цвета между ореховым и топазовым – и участок шершавой морщинистой кожи были открыты стихиям.

Фургон медленно двигался через покрытую снегом местность, минуя черные, густые леса, оставшиеся голыми, без листвы. Изредка то с одной, то с другой стороны дороги попадались сарай или ферма, обвалившиеся под грузом снега семилетней зимы, и единственными признаками жизни были черные вороны, судорожно долбящие клювами мерзлую землю.

В нескольких ярдах позади фургона устало тащилась большая фигура в длинном, развевающемся сером пальто, хрустя сапогами по снегу. Человек держал руки, засунув их в карманы коричневых вельветовых брюк, а его голова вся целиком была закрыта черной лыжной маской, глаза и рот были в красных кругах. Его плечи согнулись под ударами ветра, а ноги болели от холода. Примерно в десяти футах за ним бежал терьер, шкура которого побелела от снега.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке