Волк-оборотень

Тема

Виан Борис

Борис Виан

Он жил в лесу Фос-Репоз у подножья Пикардийского склона очень красивый матерый волк с черной шерстью и красными глазищами. Звали его Дени, и любимым развлечением его было наблюдать, как машины из Виль д'Авре, прибавляя газу перед подъемом на косогор, мчались по блестящему шоссе, к которому иногда, в дождь, прилеплялось оливковое отражение громадных деревьев. Он любил также, летними вечерами, рыскать в придорожных кустах и заставать там врасплох влюбленных, нетерпеливо возившихся с целым комплектом эластичных деталек, к сожалению, представляющих в наши дни неотъемлемую принадлежность дамского белья. С философской задумчивостью он следил за этой битвой, изредка увенчивающейся успехом, и стыдливо удалялся, покачивая головой, когда добровольная жертва, так сказать, подвергалась закланию. Потомок древнего рода цивилизованных волков, Дени питался травкой и голубыми гиацинтами, которые по осени сдабривал грибами, а в зимнюю пору, против своей воли, разумеется, бутылками молока, которые таскал из большого желтого грузовика Молочной Компаний; к молоку он питал отвращение из-за присущего ему животного привкуса и с ноября по февраль проклинал суровое время года, вынуждавшее его портить себе желудок.

Благодаря врожденной скромности Дени жил в полном согласии со своими соседями, ибо те и не догадывались о его существовании. Он нашел приют в пещерке, выкопанный в свое время отчаявшимся золотоискателем, которому всю жизнь не везло и который, уверившись в том, что ему вовек не отыскать "Корзинку Апельсинов" (см. Луи Буссенара), на склоне лет решил копать землю - занятие столь же бесплодное, сколь и маниакальное, во всяком случае, в умеренном климате. Дени устроил там уютное логово, которое мало-помалу отделал колпаками колес, гайками и деталями автомобилей, подобранными на дороге, где частенько случались аварии. Без ума от техники, он обожал созерцать свои трофеи и мечтал о мастерской, которой в один прекрасный день непременно обзаведется. Четыре шатуна из легкого сплава поддерживали крышку от чемодана, заменявшую стол" кровать состояла из кожаных сидений старой развалюхи фирмы "Амилькар", мимоходом втрескавшейся в высоченного здоровяка - платана, а две шины служили роскошными рамками к портретам горячо любимых родителей; все это с большим вкусом сочеталось с более обыденными предметами, некогда собранными золотоискателем.

Чудесным августовским вечером Дени неторопливо совершал свой ежедневный моцион. Полная луна плела кружева из теней листьев, и на свету глаза Дени принимали пленительные рубиновые оттенки арбуазского вина. Дени подходил к дубу, где обычно поворачивал обратно, когда на его пути волею судеб возникли Сиамский Маг, который по документам именовался Этьеном Пампль, и малышка Лизет Конфет, чернявая официантка из ресторана "Гроией", под каким-то предлогом завлеченная Магом в лес Фос-Репоз. Лизет обновила пояс "Загляденье" и этому препятствию, для преодоления которого Сиамскому Магу понадобилось шесть часов усилий, Дени и был обязан этой встречей в столь поздний час.

К несчастью для Дени, обстоятельства были против него. Стояла полночь; Сиамский Маг превратился в комок нервов; а вокруг в изобилии произрастали волчьи-глазки, собачьи-рожи и заячьи-лапки, с недавних пор в обязательном порядке сопровождающие явление ликантропии - или скорее антрополикии, как мы сейчас узнаем.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке