Новеченто (1900-й)

Тема

Алессандро Барикко

(монолог)

Я написал этот текст для актера Евдженио Аллегри и режиссера Габриэля Вачеса. Они поставили по нему спектакль, дебютировавший в июле этого года на фестивале Асти.

Не знаю, справедливо было бы говорить, что я написал театральный текст: я в этом сомневаюсь. Сейчас, когда я вижу его вышедшим книгой, мне скорее кажется, это произведение — нечто среднее между театральной постановкой и рассказом для чтения вслух. Не думаю, что существует название для текстов такого рода. В любом случае, это не важно. Мне кажется, это хорошая история, которая стоит того, чтобы ее прочитали.

И мне приятно думать, что кто-то ее прочтет.

А.Б.

Сентябрь, 1994

Посвящается Барбаре

Всегда случалось так, что в определенный момент кто-то поднимал голову... и видел ее. Это трудно понять... Я хочу сказать... Нас было больше тысячи здесь, на этом корабле, путешествующие богачи и эмигранты, иностранцы и мы... И все же всегда был кто-то, кто-то один, кто первым... видел ее. Даже если он в этот момент ел или просто прогуливался по палубе... даже если он поправлял брюки... он вдруг поднимал голову, бросал взгляд на море... и видел ее. Тогда он застывал на месте, сердце оказывалось за тысячи миль и, всегда, каждый проклятый раз, клянусь, всегда, оборачивался к нам, к кораблю, ко всем, и кричал (негромко и медленно): Америка. Затем оставался там, неподвижный, как будто он должен был быть запечатлен на фотографии с лицом того, кто создал ее, Америку. По вечерам после работы и в воскресные дни ему помогал зять, каменщик, хороший парень... сначала он надеялся на вознаграждение, потом... понемногу втянулся и создал Америку.

Тот, кто первым видел Америку. На каждом корабле есть такой. И не надо думать, что существуют вещи, которые происходят случайно, нет... и дело даже не в зрении, это судьба. Это люди, у которых с самого рождения это мгновение отпечатано в жизни. И когда они были детьми, ты мог заглянуть им в глаза и если бы присмотрелся внимательнее, уже тогда увидел бы ее, Америку, она уже тогда была готова сорваться, скользнуть вниз по нервам и крови, я знаю это, к самому мозгу и оттуда на язык, до этого самого крика (крича) АМЕРИКА, она была уже тогда в их глазах, в детстве, вся, Америка.

Там она выжидала.

Мне об этом рассказал Дэнни Будман Т.Д. Лемон Новеченто, величайший пианист, когда-либо игравший в океане. В глазах людей видно то, что они увидят, а не то, что они видели. Так он говорил: то, что они увидят.

Я видел их, эти Америки. Шесть лет на этом корабле, пять-шесть рейсов в год, из Европы в Америку и обратно, вечно на пружине океана, когда сходишь на землю, ты даже не можешь нормально мочиться в сортире. Он-то неподвижен, но ты, ты продолжаешь раскачиваться. Потому что с корабля ты сойти можешь, а вот с океана... Когда я поднялся туда, мне было семнадцать лет. И единственная в жизни вещь, которая меня волновала: игра на трубе. Поэтому, когда оказалось что на пароход Виржинец нужны люди, там в порту, я встал в очередь. Я и труба. Январь 1927-го. У нас уже есть музыканты, сказал какой-то тип из Компании. Знаю и заиграл. Он стоял, пристально глядя на меня, не дрогнув ни единым мускулом. Молча ждал, когда я закончу. Потом спросил:

«Что это?».

«Не знаю».

У него заблестели глаза.

«Если ты не знаешь, что это, значит это — джаз».

Потом с его ртом произошло что-то странное, возможно это была улыбка, у него был золотой зуб, в самом центре, так что казалось, будто он выставил его в витрине на продажу.

«Они сходят с ума от этой музыки, там, наверху».

Наверху, это значило на корабле. И улыбка эта означала, что они меня берут.

Мы играли по три-четыре раза в день.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора

CITY
0 92