Рубиновое кольцо

Тема

Санкт-Петербург

Январь

Прямо над головами грабителей располагались экспозиционные залы. Здания музейного комплекса в три и четыре этажа были битком набиты произведениями искусства, которые собирались веками. На каждом этаже располагались залы замечательных скульптур, старинных икон, огромных гобеленов и картин, которые способны заставить плакать. В музее было такое количество золота, серебра, драгоценных камней, что даже самый алчный человек не в силах был бы постичь это богатство.

В темные часы январской ночи каблуки растоптанных ботинок охранников тревожили мрамор только единожды. Прошли те времена, когда он чувствовал лишь прикосновение начищенной обуви членов царской семьи. Малейший звук отзывался долгим эхом в великолепных коридорах, позолоченные сводчатые потолки которых поддерживали колонны, такие же высокие, как древние боги.

Даже сотни комнат, открытых для посетителей, не могли вместить три миллиона экспонатов, находившихся в сокровищнице музея. Значительная часть произведений искусства находилась в подвале, где вместо блеска мрамора их окружали стены с облупившейся штукатуркой. Пыль, создавала иллюзию, что все предметы засыпаны грязным снегом, таким, как на улице. Чиновников, которым в свое время поручили составить список и описание экспонатов императорской коллекции ценностей, давно отправили в отставку.

Три женщины и двое мужчин осторожно пробирались по подземным коридорам. Лишь свет фонаря ловил белые облачка пара от их дыхания. Нева, которая протекала перед зданием музея, застыла, покрытая толстой коркой льда. Впрочем, как и все остальное в Санкт-Петербурге. Все то, на что публика музея, иностранные дипломаты, сановники и туристы не обращали внимания. Их можно понять: они при виде царских сокровищ замирали и теряли дар речи. Надо сказать, что заботились лишь о картинах мирового класса – произведениях Рубенса, Леонардо да Винчи и Рембрандта. Их поддерживали в хорошем состоянии. Остальной же части царских сокровищ, чтобы выжить, приходилось проявлять такую же выносливость, как и самим российским людям.

Один из компании грабителей отпер дверь в большую комнату и щелкнул выключателем возле двери. Свет не загорелся. Послышалось ругательство, но никто не удивился; в этом городе все крали лампочки.

В свете фонаря, который держал в руках один из подельников, было видно, как темноволосая женщина пыталась открыть огромный сейф. Механизм долго отказывался поддаваться, но в конце концов дверь сейфа, как свинья перед смертью, взвизгнула и открылась.

Женщину ничуть не смутил этот звонкий металлический звук. Охранники, которые дежурят наверху, все равно сюда не явятся. Им слишком мало платят, чтобы отзываться на каждый скрип. Ведь ясно, что ни один нормальный горожанин не рискнет заглядывать в темные закоулки: зачем нарываться на неприятности? Их и так хватает в жизни.

Воры работали тихо. Они беззвучно открывали все шкафчики и ящики. Лишь иногда кто-нибудь охал, не силах сдержаться при виде драгоценностей. Но темноволосая женщина тут же одергивала ошеломленного подельника. Надо было четко следовать ее приказу: брать только скромные вещи, забытые, безымянные, но дорогие безделушки, которые когда-то были подарками аристократов, богатых купцов или иностранных представителей, искавших с их помощью покровительства у царей. Они, конечно, внесены в инвентарный список царских вещей, но без подробного описания. Например, ни «Брошь, жемчуг с красным камнем в центре», ни «Корсаж, украшенный синими камнями с алмазом» не оценены достаточно высоко. Они не запечатлены ни на царских портретах в залах наверху, ни на фотографиях царского семейства. Они были счастливо, блаженно безвестны. Но каково искушение! Трудно не взять вещицу из менее скромных. Как хочется почувствовать тяжесть изумруда размером с куриное яйцо и подержать на ладони две сотни каратов сапфирового гарнитура со средневековой застежкой. Недурно было бы нацепить на руку несколько бриллиантовых браслетов и опустить ее в карман или позволить кольцу с рубином в двадцать каратов осторожно скользнуть в тайничок за поясом…

Быстрое движение руки в то время, когда свет фонаря направлен в другую сторону, – и бедро или живот ощущают на себе приятную тяжесть… Среди килограммов блеска кто обнаружит пропажу унции?

Такое случалось в прошлом не раз. Такое случилось и в эту ночь.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора