Раён деревни Старокопытовки

Тема

Аннотация: Повести и рассказы, вошедшие в эту книгу, могут быть отнесены к жанру иронической фантастики с элементами иронического детектива. Поэтому в книге действуют пришельцы, ушельцы, инспекторы полиции, преследующие преступников, а также путешественники по огромным космическим и бесконечно малым микроскопическим мирам.

Феликс Кривин

Это было осенью 1941-го года. Фашисты захватили деревню Старокопытовку, а Миша Коркин, простой советский школьник, закончивший пятый класс с одними пятерками, подался в партизаны, в старокопытовские леса.

Найти партизан было не просто – если б их найти было просто, фашисты бы их нашли. Поэтому Миша Коркин на первых порах решил действовать в одиночку. Он пустил под откос эшелон, поджег склад горючего и только тогда встретил первого партизана.

Партизан был старик, кряжистый и приземистый, в белом маскхалате, хотя до зимы было еще далеко. Видно, летнего маскхалата у старика не было, а ходить совсем без маскхалата было небезопасно. Без маскхалата солдат не солдат, а мишень.

– Сократ, – назвался старик. Видно, это была партизанская кличка.

– Миша, – представился Миша.

– Странное имя. Никогда не слыхал. Ты, наверно, нездешний?

– Нездешний. Я к бабушке приехал, а тут война. Вот я и подался в лес, к партизанам.

– К партизанам? Никогда не слыхал.

«Конспирируется, – сообразил Миша. – Сам партизан, а прикидывается, будто ничего не слышал о партизанах».

– Я тоже не слышал… – сказал Миша, чтоб старик не подумал, что имеет дело с каким-нибудь болтуном. Известно, болтун – находка для шпиона.

Оба помолчали – в целях конспирации.

Первым заговорил Сократ.

– Обстановка тяжелая, – сказал он. – К Старокопытовке стянуты основные силы противника, а нас с тобой только двое.

– Воюют не числом, а умением, – напомнил Миша Сократу суворовские слова.

– Оно, конечно, – кивнул тот в ответ. – Но дело в том, что и умения маловато. В военной специальности я, как говорится, знаю только то, что ничего не знаю.

«Под настоящего Сократа работает, – подумал Миша. – Тот тоже знал, что ничего не знает, а на самом деле…»

– Я понимаю, почему вы так говорите, – подмигнул Миша старому партизану. – Этого требует воинский устав. Вдруг поймают, начнут пытать, а ты: «Знаю только то, что ничего не знаю». Или среди своих встретишь замаскированного врага. Чем языком болтать, – «знаю то, что ничего не знаю».

– Чем язык короче, тем жизнь длинней, – сказал старик старую истину. Умный оказался старик. Может, его за ум Сократом прозвали.

Он поправил на себе свое белое одеяние, чтоб выглядеть поприличней. Но какое тут приличие! Умный человек, а как будто из сумасшедшего дома сбежал. Нет, маскхалат нужно носить по сезону.

– Что же нам – самостоятельно действовать или пробиваться к своим?

Пробиваться к своим старик решительно отказался. Видно, его оставили здесь с заданием, он должен был действовать в тылу врага.

Миша его успокоил:

– Я думал, не через линию фронта, а здесь, в тылу. Пробиваться к партизанам, идти на соединение.

– К партизанам согласен. Но не к своим. Идти к своим категорически отказываюсь.

«А разве партизаны – не свои?» – хотел спросить Миша, но не спросил. Кто ж у этого старика свои, если ему партизаны чужие?

Вот тебе и Старокопытовские леса. Тут и вправду не знаешь, с кем встретишься.

Миша решил не терять бдительности. Бдительность такое дело: раз потеряешь, потом свищи.

У старика оказалась вырытая землянка.

– Это еще с Троянской войны, – объяснил он, принимая Мишу за дурачка-двоечника.

Он не знал, что у Миши по истории одни пятерки. На каждом уроке пятерка, а то и не одна. Иногда за урок две-три пятерки.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке