Суд и ошибка

Тема

Беркли Энтони

Энтони Беркли

Эмброуз Читтервик

перевод И.Топоркова

Пролог

Философская беседа

- "Святость человеческой жизни чересчур преувеличена",- процитировал Феррерз.- Подумать только, какая отвага потребовалась, чтобы произнести эти слова перед толпой убежденных сентименталистов, среди которых попадались и профессионалы!

- И вы разделяете это мнение?- осведомился преподобный Джек Денни.

- Разумеется.

- Ну что ж, журналисту полагается быть циником,- священник улыбнулся и пригубил портвейн.

Феррерз учтиво улыбнулся в ответ, поправляя свой элегантный черный галстук-бабочку. Его, литературного редактора одного из старейших и самых респектабельных лондонских художественных еженедельных журналов, едва ли можно было назвать журналистом, и он сразу уловил противоречие в мейозисе. Джек Денни был его давним оппонентом.

- Точно так же, как приходскому священнику полагается быть сентиментальным, Джек,- предпринял провокацию Феррерз.

- Может быть, может быть,- священник не поднял брошенную перчатку.

По другую сторону стола военный и бывший гражданский чиновник в Индии обсуждали Новую Молодежь. Майор Баррингтон, рослый, видный мужчина с подстриженными седыми усами, сразу после войны предпочел армии дипломатическую карьеру и не так давно женился на одной из представительниц Новой Молодежи, поэтому считал себя знатоком этой породы людей. Чиновник Дейл вывез из Индии довоенные взгляды и теперь недоумевал: Новая Молодежь даже выражалась совсем не так, как прежняя.

Уловив обрывок разговора с другой стороны стола, Дейл счел долгом внести в него свою лепту.

- "Святость человеческой жизни!" - фыркнул он, ероша седые волосы, которые падали на лоб, как шерсть овчарки.- Вы только послушайте! Вот она, примета времени. Я как раз говорил об этом. Сегодня каждый настолько дорожит своей шкурой, что ничто иное не идет с ней в сравнение. Но само собой, всему этому подыскивают возвышенные оправдания, вроде "святости жизни".

- А я готов встать на их защиту! Они заботятся не только о себе,парировал майор.- Нет, никакой это не эгоизм.

Как и подобало опытному хозяину дома, мистер Тодхантер не упустил возможность вступить в разговор. Он вытянул шею, увенчанную круглой лысой головкой, которая сидела на костлявых плечах, как картофелина, выпавшая из мешка, и через очки воззрился на чиновника.

- Стало быть, Дейл, вы согласны с Феррерзом в том, что святость человеческой жизни чересчур преувеличена?- спросил он.

- О нет! Этого я не говорил.

- Зато подразумевали,- вмешался Феррерз.- Будьте же мужчиной, признайтесь, что это вы и имели в виду.

- Ну хорошо. Пожалуй, да.

- Конечно, как любой здравомыслящий человек! Только сентиментальные натуры вроде нашего Джека делают вид, будто жизнь какого-нибудь болвана святыня. Так, майор?

- Не мешало бы кое-что уточнить. Против откровенной глупости или за нее ничего не скажу, но, услышав от вас, что глупость такого рода представляет опасность для окружающих, я подписался бы под каждым словом.

- Вот вам, Джек! Слышите?- Феррерз изобразил улыбку восемнадцатого века и легкий поклон. Джентльменам восемнадцатого века он подражал отменно.Майор - храбрый челочек, каким и должен быть солдат. Только смельчак прямо говорит все, что думает: например, самое лучше, что может сделать болван-водитель - врезаться в телеграфный столб ради всего человечества, и чем скорее - тем лучше.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке