Передышка

Тема

Портер Кэтрин Энн

Кэтрин Энн Портер

В те времена, по молодости лет, я не могла справиться со всеми бедами, которые на меня обрушились. Теперь уже неважно, что это были за беды и как они в конце концов разрешились. Но тогда мне казалось - остается единственный выход: бежать от них без оглядки, хотя все семейные заповеди и все мое воспитание непреложно учили, что бежит только трус. Какой вздор! Им бы лучше научить меня другой науке - отличать храбрость от удальства, ее-то как раз мне пришлось постигать самой. И я поняла конце концов, что, если мне не изменит природный здравый смысл, от некоторых опасностей я предпочту удрать со всех ног при первом же сигнале их приближения. Однако история, которую я сейчас вам расскажу, произошла до того, как мне открылась вот какая великая истина: мы не бежим от наших кровных бед, и лучше узнать, чем они грозят нам, как можно раньше; но не бежать от всех прочих напастей явная глупость.

Я поведала своей подруге Луизе, бывшей моей однокашнице и почти ровеснице, не о своих злосчастьях, а просто об одной заботе: я не знала, где отдохнуть во время весенних каникул, мне хотелось уехать совсем одной подальше от города, туда, где все просто и мило и, конечно же, недорого; только пусть Луиза никому не говорит, где я; ей-то я, разумеется, буду иногда писать, если она захочет, да и если будет о чем. Луиза сказала, что обожает получать письма, но терпеть не может отвечать на них; и знает, куда не надо поехать, и никому ничего не расскажет. Луиза обладала тогда - да обладает и сейчас - удивительным даром: самые невероятные люди, места и события приобретали в ее устах привлекательность. Она рассказывала презабавные истории, но стоило вам случайно стать их свидетельницей, и они вдруг оборачивались самой мрачной своей стороной. Как эта вот история. Если хотите, все было точно так, как рассказывала Луиза, и, однако, совсем по-другому.

- Я знаю, куда тебе надо поехать, - сказала Луиза. - В глубине Техаса, в черноземном крае, живет патриархальная семья немецких фермеров; дом у них ведется по старинке, жить так постоянно было бы ужасно, а вот погостить у них очень приятно. Глава семейства - бородатый старец, сам господь бог; жена его - матриарх в мужских башмаках;

бесчисленные дочери, сыновья, зятья; толстые младенцы копошатся под ногами; толстые щенки - моего любимца, черненького, звали Куно; коровы, телята, овцы, ягнята, козы, индюшки и цесарки бродят по зеленым нагорьям, в прудах - утки и гуси. Я была там летом, когда созрели персики и арбузы...

- Но сейчас конец марта, - робко заметила я.

- Весна приходит туда рано, - продолжала Луиза. - Я напишу о тебе Мюллерам, а ты собирайся.

- Так где же все-таки этот рай?

- Почти на границе с Луизианой, - сказала Луиза. - Я попрошу их поселить тебя в моей мансарде - там так прелестно! Большая комната под самой крышей с крутыми скатами - до самого пола - по обеим сторонам, когда идет дождь, крыша чуть-чуть протекает, и поэтому вся дранка на ней расписана упоительными черно-серо-зелеными разводами, а в углу комнаты - груда бульварных романов, "Герцогиня", Уйда, миссис Э. Д. Э. Н. Саутворт, стихи Эллы Уилер Уилкокс - как-то летом у них жила одна дама, большая любительница почитать, она-то и оставила им свою библиотеку. Ах, как было хорошо! Все вокруг такие здоровые и веселые, и погода стояла превосходная... А ты надолго?

Об этом я еще не думала и потому сказала наобум:

- На месяц.

Несколько дней спустя маленький грязный поезд дополз до захолустной станции и выбросил меня, словно посылку, на мокрую платформу, начальник которой, едва высунув нос наружу, закрыл комнату для пассажиров, не дождавшись, пока состав исчезнет за поворотом.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке