Дельфины и психи, Записки сумасшедшего

Тема

Высоцкий Владимир

Владимир Высоцкий

Все ниженаписанное мной не подлежит ничему и не принадлежит никому.

Только интересно, бред ли это сумасшедшего или записки сумасшедшего и имеет ли это отношение к сумасшествию?

Утро вечера мудренее, но и в вечере что-то есть. Бедная Россия, что-то с ней будет. Утром...

Давали гречневую кашу с сиропом. Хорошо и безопасно. А Далила блудила с Самсоном. Одна сторожиха доложила, что Самсона спать уложила. Далила его подсторожила, взвалила, поносила, поголосила и убила Дездемону.

Про каннибалов рассказывают такую историю. Будто трое лучших из них (из каннибалов) сидели и ели елки на ели. Захирели, загрустили и решили: Кто кого есть будет. Один говорит: - не меня, другой говорит: - не меня, третий говорит: - не меня. Кто же кого - тогда?! Никто. Потому что у каннибалов свои законы и обычаи: не хочешь - не ешь!

Доктор! Я не хочу этого лекарства, от него развивается импотенция. Нет развивается, нет развивается, нет развивается! Нет, нет, нет! Ну, хорошо, только в последний раз! А можно в руку?! Искололи всего, сволочи, иголки некуда сунуть.

Далее и везде примечания.

А что вы читаете. А! Понятно! А вы знаете, как поп попадью извел? Что значит извел? Убил, то есть. Ну! Развод по-итальянски. Вот. Он ее подкараулил и спустил на нее икону Спасителя. Тройной эффект. Во-первых, если уж Спаситель не спас, а убил, значит, было за что.

На прогулку я не пойду - там психи гуляют и пристают с вопросами. Один спросил вчера, нет, сегодня... вчера... вчера... - вы, - говорит, - не знаете, сколько время?

- Не знаю, - говорю, - и вам не советую, потому что время - деньги, и время - пространство. А вы, - говорю, - паразит. И живете, небось, по Гринвичу!

У Эйнштейна второй его постулат гласит: скорость света не зависит от скорости движения источника. Проще говоря, это у него. А на практике у космонавтов все наоборот, и крысы у них мрут даже раньше, чем люди, потому что людям дают по 10 g, а крысам, мышам и преступникам - по 40, проще говоря.

Я стал немного забывать теорию функций. Ну, это восстановится. Врач обещал... врет, наверно. Но если не врет - господи, когда же ужин?

В кабинет профессора Корнеля, или нет, Расина, тогда ладно. В кабинет некоторого профессора лингвиста-ихтиолога развязной походкой вошел немолодой уже дельфин. Сел напротив, заложил ногу на ногу, а так как закладывать было нечего, то он сделал вид, что заложил. И произнес:

- Ну-с?

- Я вас не вызывал, - профессор тоже сделал вид, что ничуть не удивлен, но не так-то легко обмануть умное даже животное, с подозрением на разум.

- Я сказал только "ну-с!" А дальше вот что: сегодня дежурный по океанариуму, фамилию забыл, во время кормления нас, - я имею в виду дельфинов, а также других китообразных и даже китов, во-первых, тухлой рыбой, во-вторых, ругал нецензурно.

- В каких выражениях? - спросил профессор и взял блокнот.

- Я уверяю вас, что в самых-самых. Там были и "дармоеды", и "агенты Тель-Авива", и что самое из самых - "неразумные твари".

- Я сейчас распоряжусь и его строго накажут.

- Не беспокойтесь, он уже наказан, но вы должны были бы попросить извинения за него, ведь вы той же породы и тоже не всегда стесняетесь в выражениях! Население требует! Иначе будут последствия!

Только здесь оскорбленный профессор вспомнил, что дельфины еще не умеют говорить, что работе, конечно, еще далеко до конца и что, как это он сразу не понял, - ведь это сон, переутомление.

- О, господи, - он ткнул себя в подбородок хуком слева и закурил сигару.

- Господь не нуждается в том, чтобы его поминали здесь. Ему достаточно наших вздохов и обид. К тому же он сейчас спит. Вот его трезубец.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке