Саддам Кадмон

Тема

Смирнов Алексей

Алексей Смирнов

Я стал писать. А вы теперь читайте.

За вольности, однако, не браня:

Они мне чужды; в них - вы это знайте!

Повинен тот, кто вдохновил меня.

Не автор я, меня не осуждайте!

Эварист Парни, "Война богов"

Как-то однажды, странствуя по Руси, Брат Ужас 1 остановился в городе по имени Густышино. Там водился третьестепенный зоотехник Мохов, человек незаметный и дерганый. А в Брате Ужасе после коллизий, описывать которые здесь нет никакой надобности, открылся дар, гипнотический и пророческий сразу, позволявший проникнуть в глубины, лежавшие еще дальше потустороннего. ______________ 1 Брат Ужас - Активный участник событий, описанных в хрониках"Нектар Небожителя" и "Тесная кожа".

Брат Ужас не задержался: он выспался под дубом вековым, испил недорогого чаю и совсем уж было собрался в путь, как вдруг наткнулся на зоотехника. Мохов трусил, старательно огибая мелкие камушки и кочки. Дела его шли неважно, вчера был торжественно отмечен день формирования абстинентного синдрома. Конечно, не сам по себе день, а его годовщина, произвольно назначенная.

С утра он поругался с Деминой, с которой состоял в гражданском браке. Она считала, что ведет у него хозяйство, и вот стала кричать:

- Все трусы сжег, падла! Сядет в сортире и папиросой трусит, уголья сыпятся. А дуля разгуляется спьяну - так давай тушить.

Мохов сначала не слушал, он пошел в ванную. Там он мыслил: "Хлопотное это дело - мытье. Хоть бы придумали что".

А Демина все бубнила. Наконец, Мохов пожалел, что не прислушался вчера к совету отрывного календаря и не занялся очищением дома. Как календарь ни вразумлял его, он не внял, а зря. Теперь Мохов оправдывался двусмысленностью совета: он, дескать, не понял, что надо чистить - себя ли дома или сам дом.

- Иди, погляди сюда, что тут! - кричала Демина.

"Хорошо, что я зоотехник, - подумал Мохов. - Мне нравятся звери за то, что они не люди. Смотришь - вот-вот превратится, ан нет, сука, не добирает. Молодец. "

И выбежал из дома.

Тут и получилось, как утверждает песня по этому, а также по всем прошлым и последующим поводам: вот пуля пролетела - и ага. Стараясь ни за что не задеть и ни во что не упасть, он налетел на Брата Ужаса. Откушавший чаю Брат Ужас не стал его долго удерживать.

- Сделай сам! - пророкотал он сурово и значительно посмотрел зоотехнику в глаза. И еще за плечи встряхнул.

После чего зоотехник вместил в себя идею, которая едва не припечатала его, как какого-нибудь клопа - такая она была блистательная, несоразмерная Мохову.

Брат Ужас давно ушел, а зоотехник продолжал стоять, полуприкрыв глаза и время от времени задумчиво пощелкивая пальцами. Идея осваивалась в новом вместилище; она уже стала множиться, пускать побеги, и Мохов никуда больше не пошел, а вернулся домой и заперся в сортире, на который Демина только кричала, но не помыла.

Там он освободился от шлаков. Не от тех, что знакомы любому, и вообще он вчера не закусывал; Мохов расчистил себе ментальное пространство, избавившись от многих бесполезных воспоминаний и мыслей. Расчистка проводилась причудливым зигзагом. Первой жертвой стал научный доклад, прочитанный когда-то на партийной конференции и называвшийся: "Сердцевинный год пятилетки как этап диалектического перехода приготовлений в свершения". Потом полетело к чертям пуританское целомудрие: Мохов не терпел распущенности и усматривал, к примеру, бисексуальность даже в сочетании "долби-стерео". Зато так называемая русская идея усилилась чрезвычайно конечно, не вся по причине неисчерпаемости, а только в зауженной практической части.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке