О пауке (2 стр.)

Тема

"

Пушка же болярин-дьяк и честной грамматик, предмет возвышенного безгреховного Hабокова восторга и воздыхания, ничесо о сих наугольных и подпотолочных зверях-ткачах не писал, вяжущи глаголы токмо о латынских виршах: "Скорблю тебе, претерпевающем поругание, честной князь, аки непорочный агнец под снарядом смертного заклания, а снился мне студный сон: зачал, будто, еть девку-блядь: девка подхватлива, огниста, сноровиста, повадлива на всякую телесную хитрость, а вот только наминаю ее в маяте всухую, будто бессеменной: вкусна, да не сладка; ан то, диву даюсь вдруг, не девка вовсе, а вергилиева вирша. А не сладко с нею, милый князь. мыслю, потому как, грешный аз, ищу созвучий словесных дров-кровь, прут-труп и подобных им, а латынцы, по недоумению, чуждались их, а вот переложил на забавный московитский слог Скорбящего Врана: што де пришол я к восторому, аки конская скребница, закраю леса, и за холмом садицца солныщко, и вот уже попояс за холмом. А в лесу темно. И вран сидит в сдобе сумерек, будто запеченный в ржаной хлеб, не могущи пошевелить крылом. Грудка темно жолта, плащик чорен, ниже клюва в киноварь влит. И он грает, он скворчит и чикалдыкает на уходящее солнце: иди ко мне, иди ко мне. А на небе скоро загоряцца звездочки. И вот что-то мне тогда не захотелось входить к нему в темный лес."

III. О национальной идее.

?????????????????????????

А с первоначала о добродетельных м доверчивых почтальонах-немцах Третьего Рейха с алоотороченными кантом форменными фуражками на мягких шарах голов, - мечтающих белокурыми сердцами о белокурых передках гемютных ундербар фрау - что, приостанавливаясь на велосипедах, сострадательно рассказывали проходящим близ евреям с бледными лимонно-желтыми звездами, что де, - уважаемые евреи, - Гитлер очень рассердился, что Иваны не растаяли под блеском Фюрера. Что Иваны даже, между нами, его побили. Что наш доктор пропаганды даже сказал, что "русские, как в большом кулачном спорте, расквасили немцам нос, впрочем, перед неизбежным в будущем падением в нокаут". Так что Фюрер начал злиться. Он ел носовой платок. Он кусал подушку. Он стал падать на пол и грызть пол. Ему стали стелить ковер. Он стал грызть ковер. Вот его и прозвали - "ковроед".

А теперь печальная история, устно сочиненная одним еврейским писателем в Аушвице:

Hекий безымянный баварский перец-колбасник выпил нанесенного осенним ветром в пивцо смертноядовитого паука, отчего помер. Казалось бы: "наблюдай за пивом" - и вся мораль, но баварским перцам-свинорезам плевать в пиво; они насрали в мораль, как поп в капкан. °°) Они сказали:

"Это еврей отравил булькающие баварские роднички"

А что еврей? Еврей только продавал на дорогах пряничные петушки. Hо они стали долго убивать еврея. Они принесли к еврею пива и стали пить. Они принесли к нему мясорубные ножи. А еврей лежал в корыте. Они хотели, как христиане Исусенка, раскрошить еврея и съесть его.

Hо тут пришел очень фанатично-добрый нацист-эсэсовец, пергидролевый блондин с синими, как блюдца с купоросом, глазами. В руках он держал маленькую железную кружку. Hа боку кружки был нарисован ягненок. А на другом - добрый бородатый Боженька с божьими коровками вместо пуговиц.

Добрый нацист сказал:

"Пусть он обелит себя. Пусть он выпьет из каждого баварского ручейка, каждого баварского прудика, каждой лужицы, каждого баварского колодезя с журавлями. Воды наших родников и рек войдут в него, заструятся в его кровеносных жилах, наполнят его тело, душу и чувства. Тогда еврей станет немцем."

И еврей пил. Еврей выпил тридцать три кружки с Богом и барашком на двух боках.

И баварская вода - кровь земли - заструилась в его жилах. И тогда еврея вырвало.

Его смертно, страшно, страшно торжествующе и освобожденно навсегда вырвало кровью и дерьмом и всеми несмешавшимися с нею водами баварского фатерланда.

?????????????????????????

°) В котором есть некое пугающее очарование, если только он не водяной и не сенокосец.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора