Федрон, персики и томик Оскара Уайльда

Тема

Смирнов-Охтин Игорь

Игорь Смирнов-Охтин

Рассказ

Об авторе

Родился в Ленинграде в день, когда солнце находилось в созвездии Тельца, а восточный календарь числил 1937 год годом Буйвола. В ленинградскую блокаду сказочно повезло - не умер с голодухи, выжил.

Сочинять прозу начал в студенческие годы, прилежно занимался в литературных объединениях, а печататься удавалось эпизодически.

В ту эпоху, по мнению людей осведомленных в "литературно-издательских" правилах (редакторы, писатели), существенным препятствием для публикаций была моя стилистическая индивидуальность (и мне нравилось, что у меня есть индивидуальность, не нравилось, что меня не печатают), а также игровая природа большей части моих произведений.

Другой, более серьезной препоной оказался предосудительный, в понимании идеологической полиции, творческий и дружеский круг моего общения, а также мировоззренческие позиции - полярные официальной догме.

Но худа без добра почти никогда не бывает. Литературного изгоя приняли в Творческое объединение литераторов "Клуб-81" (собравший ленинградский литературный андеграунд), и я оказался одним из авторов клубного сборника "Круг".

В 1994 году вышел роман "Кружится ветер", потом появилась еще книга, потом еще, потом еще... На сегодняшний день я мало-помалу печатаюсь то тут, то там... или, как пишут обо мне в стиле канцелярской справки, "очерки, рассказы и повести автора печатаются в отечественных журналах и за рубежом". Живу в Мюнхене.

Если бы пещерные люди умели смеяться, история сложилась бы иначе.

Оскар Уайльд

Осужденных везли солдатским автофургоном - полуторка, крытая брезентом. Конвой - три человека: лейтенант, старшина, сержант - милиционеры. Вооружен только лейтенант. В кабине с шофером - автоматчик с погранзаставы. Автоматчик без автомата. Разоружить лейтенанта пятерым парням - плевое дело. Лейтенант это знал. Сердце тоскливо ныло. Ехать недалеко, но дорога горная, поворот за поворотом, машина тащится, всякое возможно... В случае нападения старшину и сержанта, вероятно, не тронут, да и начальство потом не тронет. Выдрочит только лейтенанта. Старшина и сержант это знали. Им было спокойно. Думали о своем. Автоматчик с погранзаставы тоже думал о своем. Надо сказать, лейтенант тоже думал о своем. "Нападение" и "побег" - ему и в голову не приходили. Потому что кружилась в голове и все в ней занимала мысль совсем иная. У мысли было ключевое слово: федрон. Слово появилось в районе в конце прошлого года. Точнее - девять месяцев назад. Его по "вертушке" сказали тогдашнему "секретарю". В тот же день "секретарь" наградил словом "предисполкома". Через несколько дней "секретаря" сняли. "Предисполкома" удержался. С тех пор в районе слово вошло в оборот. Лейтенант еще тогда поинтересовался у начальника, что это слово означает. Начальник сказал коротко: "Жопа". Затем подправил себя. "Что-то вроде этого..." - сказал. Все догадывались, что там - наверху - в какое-то кресло уселся кто-то и ввел в оборот слово. Слово стало приговором.

Сегодня такое слово сказали лейтенанту. Сказали, что он - лейтенант федрон, сняли с должности участкового и пообещали уволить из милиции.

А в это время другой лейтенант, но - в генеральском ранге, то есть генерал-лейтенант, и тоже милиционер, летел в свой любимый Киев в соответствующем настрое. Ему тоже сегодня сказали "федрон". Хорошо еще, хватило находчивости на финише кое-что подправить, так что в Киеве должно обойтись, но от полученного "федрона" на сердце скребли кошки.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке