Дом, который построим мы

Тема

Букша Ксения

Ксения Букша

Роман

Если знаешь, не говори;

Если говоришь - не записывай;

Если написал - не подписывайся;

А если и знаешь, и говоришь,

и пишешь, и подписываешься

не удивляйся.

Народная мудрость

Глава 1: На троих

Почему я должен говорить тише

Вообще - должен я кому здесь

Я хочу тоже в полный рост, слышишь

Почему ложью я продернут весь

Почему я должен занижать курсы

И платить втрое за любой товар

Я люблю солнце - мне велят "Щурься"

Говорят "Стройся" и "Фильтруй базар"

И не то чтобы я такой неслух

И не то чтобы больше всех хочу

Но земли утроба просто лопнет, если

Я хотя бы на пробу вдруг замолчу

Я могу только изо всех орудий

По природе столько мне дано огня

И меня такого не возьмут в люди

Не пристроить к делу такого меня

Пропаду, как последний дурень

Истеку, как мягкое олово

Не расти всем колосьям в уровень

Не запудрить цыгану голову

Хорошие мысли кому попало в голову не приходят. Мысль ищет такую голову, которая, во-первых, сможет ее оценить. Во-вторых, сможет ее реализовать. В-третьих, не свихнется. Правда, мысли иногда ошибаются и приходят в голову неподходящим людям. От этого все беды.

Но наша мысль была умненькая девочка.

Она долго-долго летала вокруг Земли, выбирая, куда бы ей приземлиться, и выбрала не блаженные Штаты, не жаркую какую-нибудь Малайзию, а Санкт-Петербург. В Петербурге был о ту пору медовый сентябрьский вечер, сумерки и огни, листья всех оттенков, вихри ветра. Мысль приземлилась, осмотрелась и отправилась выпить пива в бар "Корсар", что на улице Малой Морской. Там она заказала себе пива и завертела головой по сторонам. По стенам были развешаны картинки с пиратами, нарисованные карандашом и как бы потрепанные. Бар заполнялся народом.

В центре зала играл гитарист, которого звали Ян Владиславович Веселуха.

Вокруг него светился воздух благородным дымным ореолом, и сиял он, и почти не двигался, только руки ходили, одна - по грифу, левая, а другая, правая, так била-молотила вверх и вниз, словно бы Веселуха зверька какого мучил. Яну Веселухе было на вид лет тридцать пять, хотя на самом деле гораздо больше. Есть слова: "Хорошо сохранился", но только Веселуха - не хранился.

Веселуха играл на гитаре вещь собственного сочинения, она называлась "Венецианский карнавал", и звучала по-разному в зависимости от настроения исполнителя. В тот день уже первые три аккорда прозвучали как "хрясь! и эх!", и дальше пошло лихо. Гитарист с лютым мастерством вдавался во все завитки, кидало его в синкопы - жаркий нрав был у этой музыки - но при этом сам-то Ян Веселуха сидел как влитой, не тряс сивыми волосами с металлическим отблеском, не откидывался назад.

- А кто такой Ян Веселуха? - спросила любопытная мысль у мирового Ума.

- Физик, - ответил ей мировой Ум.

- А почему же он тогда играет в баре на гитаре? - удивилась мысль. - Он что, плохой физик?

- Перекрестись, он отличный физик! Он гениальный физик, если хочешь знать. - К нему в голову приходили такие мысли!

Здесь было названо с полдюжины довольно известных в физических кругах концепций. Мысль зарделась; ей бы, конечно, хотелось оказаться в такой хорошей компании, но ее смущала практическая сторона дела.

- Меня смущает практическая сторона дела, - пискнула мысль, положив ножку на ножку. - Ведь если он - гениальный физик, а сам играет в баре на гитаре, значит, он - русская рохля и не может извлечь прибыль из своего гения. Мало нашего брата сгинуло в безвестности, приходя в голову таким дуракам?

Веселуха играл, волнами расходились от него металлические вихри.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке