Виртуоз танцверанды

Тема

Силецкий Александр

Силецкий Александр Валентинович

Я наслышан был о нем давно, с тех пор, как прибыл в этот южный городок.Мне говорили: не ленись, сходи и посмотри, тут рядом, на турбазе, ты же слышишь - там играет музыка по вечерам, там танцы до упаду, так сходи, не пожалеешь!.. Пусть Он не лучше всех на побережье, но уж здесь-то, в городе, ему нет равных - без сомненья.И я послушно собирался - день за днем. И тем не менее...Ах, этот юг!..При абсолютнейшем заведомом безделье мне было некогда - смешно!..Теплое море и плеск прибоя, и убитые часы на пляже, и на грядущую зависть столичным друзьям - превосходный загар, и какие-то шалые вылазки в город по всем сувенирно-питейным лоткам, и обратно на пляж, и за карты... И масса умнейших, пустых разговоров...С ужина я возвращался разбитый, усталый - какие уж тут танцы!..Но все же я туда один раз заглянул. В последний день отправился на танцверанду.Она стояла посреди турбазы.Ровная бетонная площадка, обрамленная скамеечками в три или четыре ряда.Одним концом площадка утыкалась в ракушку-эстраду, а другой конец ее забором огораживал огромный многосекционный щит, где было все, что надобно нормальному туристу: и в мире мудрых мыслей, и рекламы местного масштаба, и громкие приказы о снятии с маршрутов чересчур забуйствовавших возле моря граждан и гражданок, и многолетней давности карикатуры, видно, актуальные и посейчас, и боевые тексты-памятки, написанные до того ужасным слогом, что мне, пока я изучал их, все мерещилось, будто подкрадывается сзади некто, чтобы забить в меня безжалостно длиннющий ржавый гвоздь.Такое чтение - для сильных духом, это точно.Из всего увиденного я запомнил только: "Турист и огнестрельное оружие несовместимы", а также трепетно-гуманное: "Есть дерево - береги, нет дерева - посади!".Остальное я, наверное, не понял, включая сюда и экзотический намек на импортные надувные агрегаты, с которыми нельзя спать на пляже...Неожиданно кругом захлопали, загомонили, и на эстраду из боковой дверцы выпрыгнули пятеро.Никому ничего не говоря, а только перемигиваясь между собой, они подхватили свои инструменты, лихо топнули ножками на высоких каблуках, и словно волна штормовая ударила с моря и накрыла танцверанду.- Гей-гей, оп-ля-ля! - без предупрежденья заорал с эстрады певец, кидаясь на микрофон и вцепляясь в него зубами, как в шашлык, насаженный на сверкающий пружинистый шампур. - Гоп-ля-гопля, дорогие друзья, мы споем и сыграем для вас, чтоб вам весело было у нас! Песня про любовь! О ней всегда пою! Приди ко мне, моя любовь, гей-гей!..Сначала робко, а потом все смелее на площадку стали выбираться танцующие пары.Ах, какое зрелище - эти танцы!Море шумело за стеной кипарисов, то ли убаюкивая, то ли I пробуждая, черное небо, мигая пышно-трепетными звездами, (томилось в своей неизбывной вышине...Как всем было весело и хорошо!..Кто-то плясал "барыню", кто-то отбивал чечетку, кто-то кружился в пируэтах вальса, кто-то шел вприсядку, кто-то порхал над бетоном в лезгинке, кто-то куражился в шейке, кто-то сучил ручками и ножками под брэйк - всем находилось дело по душе и по уменью, а с эстрады, извергнутое дюжиной динамиков, с бешеным южным акцентом неслось над миром: "Пазави-и!..".Потом случилась маленькая пауза, и тотчас вдруг ("По просьбе Вани из Рязани!") ударила в забойном панко-русско-папуасском ритме всем известная классическая ария, и текст ее был тоже бесподобен: "Не чисть алмазы в камьяных писче-рах!..".То был не вертеп - то был подлинный праздник, карнавал, пусть и без масок, люди отдыхали, обретя наконец себя, отринув на миг эту бессмысленную необходимость вечно казаться самими собой.Они были - и ладно...

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке