Танцовщица из Атлантиды

Тема

Пол Андерсон

Л.Спрэгу и Кэтрин де Камп

И семь Ангелов, имеющие семь труб, приготовились трубить.

Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю, и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела.

Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; и третья часть моря сделалась кровью.

И умерла третья часть одушевленных тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла.

Третий Ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод.

Имя сей звезде полынь; и третья часть вод сделалась полынью, и многие люди умерли от вод, потому что они стали горьки.

Четвертый Ангел вострубил, и поражена была третья часть солнца, и третья часть луны, и третья часть дня не светла была — так, как и ночи.

И видел я и слышал одного Ангела, летящего посереди неба и говорящего громким голосом:

горе, горе, горе живущим на земле от остальных трубных голосов трех Ангелов, которые будут трубить.

Откровение, VIII, 6-13

Где блестящее собрание героев,

Сыновей Рудры на сверкающих скакунах?

Рождение их — тайна для смертного,

Только они сами об этом знают.

Они ослепляют друг друга вспышками.

Орлы сражаются, их крылья шумят.

Но мудрецу известна их тайна:

Они вскормлены выменем Пришти.

Наша раса — раса героев-победителей,

Сметающих все на своем пути.

Они идут, ярчайшие из ярчайших,

Равные красотой, неравные силой.

Ригведа, VII, 56

1

— Сегодня полнолуние, — сказал он. — Пойдем на палубу, там хорошо.

— Нет, я устала, — ответила она. — Сходи один. Я здесь посижу.

Дункан Рейд взглянул на жену:

— Я-то думал, что это наше путешествие.

Памела вздохнула:

— Как-нибудь потом, милый. Жаль, что моряк из меня никудышный. Да еще эта ужасная погода. Таблетки помогли, больше не тошнит, но я скверно себя чувствую.

Он не отводил взгляда. Да, двенадцать лет назад, когда они поженились, она была хороша. А потом начала полнеть и мучить себя диетами.

— Не расстраивайся. Ты привыкнешь. И помни, что ты все еще чертовски привлекательная женщина!

И в самом деле, прекрасная фигура, голубые глаза, каштановые волосы и правильные черты лица делали ее привлекательной. Но ему все реже и реже удавалось сказать это ей убедительно.

— Похоже, зря я затеял эту поездку, — он почувствовал горечь в своих словах и знал, что она тоже чувствует ее.

— Ты прекрасно знаешь, что я не могу ходить с тобой на яхте, — возразила она. — Или, скажем, на рыбалку… — голова ее склонилась, голос снизился до шепота. — Давай не будем ссориться.

Его взгляд скользнул по стандартному уюту их каюты и остановился на фотографии детей.

— А может, будем? — медленно произнес он. — Ведь ребята нас сейчас не слышат. Самое время поговорить начистоту.

— О чем? — сказала она со страхом. Сейчас на ее стороне были только подчеркнутая опрятность и аккуратность во всем. — Что ты хочешь этим сказать?

Он отступил.

— Я… Мне трудно это выразить… Впрочем, ничего особенного. Мелкие ссоры из-за мелких пустяков, постоянное раздражение, к которому мы привыкли… Или делаем вид, что привыкли… Я-то надеялся… Думал, что у нас тут будет второй медовый месяц…

Говорить все это язык не поворачивался.

Ему хотелось закричать: «Неужели мы попросту стали безразличны друг другу? Но почему? Физиология тут ни при чем, мне только сорок, тебе тридцать девять, у нас впереди еще целый кусок жизни. Но нам все реже хорошо друг с другом.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке