Тайна недописанной новеллы

Тема

Мощенко Владимир

Владимир Мощенко

Г. С.

1

Ну, как это обычно бывает: коснешься вещи из давних-давних времен, которая не попадалась на глаза целую вечность, - и сердце кольнет, заноет. А тут еще вещь из школьных твоих лет - пустяк, вязаный шарфик, цветной такой, не колючий.

Господи, пожалуй, единственное, что осталось от детства. Как сохранился - уму непостижимо. Вчера, задержав на полчаса работу и заложив в компьютерную память шесть первых абзацев новеллы, ты долго-долго искал его на антресолях - и нашел всетаки в коробке из-под обуви "Скороход", а под ним (фантастика!) - четыре тетрадки с диктантами и сочинениями и дневничок с полунамеками и стишками...

Почему ты вдруг вспомнил о шарфике?

А все - из-за того мальчишки в троллейбусе: точно такой был на нем (только не изношенный и не прореженный из-за длительной носки, как этот, наоборот, недавно связанный). Абсолютно такой же: бело-желто-голубой.

И снился тебе тот самый троллейбус (тройка), только совершенно пустой, ни одного человека, кроме тебя, не было в нем, даже водителя не было. Ярко освещенный изнутри, он шел по темному ночному городу, шел без остановок мимо Союзмультфильма, мимо кафе "Синяя птица", мимо недавно построенного кинотеатра "Россия", шел по старому-старому маршруту - к Детскому миру. Господи, к Детскому миру! И ты, неслыханно одинокий, не просто ехал, но одновременно еще и как бы следил за самим собой со стороны, как это делают прохожие. Жуткое чувство. Оно тебя и ткнуло под ребро, пробудило.

Проснувшись в шесть утра, ты, прежде чем о новелле, подумал об этом непонятном сне, а в связи с ним - о том самом мальчишке. Он выдержал твой взгляд.

С усмешечкой. Невозмутимый паренек. Жвачка у него за щекой. Бейсболка натянута на рыжеватые вихры (козырьком, естественно, назад). В одной руке - видеокассеты, в другой - открытая бутылочка пепси-колы. Он и сам на тебя стал посматривать - чем дальше, тем с большим интересом: где же, мол, видел я раньше этого пожилого толстяка? А у Новослободской подчеркнуто бодренько и беззаботно выскочил на волю - наслаждаться вечностью. Осенний ветер тут же забросил кончик желто-бел оголубого шарфика ему за спину.

Есть ли у него дневничок, как этот, самый наивный в мире? "...Вызывали по анатомии. Рассказал, кажется, без единой запинки. Забыл в парте карандаши. Отнес в редакцию заметку о том, как мы готовимся к 7-му ноября. Интересно, сколько-то получу денег? Они мне сейчас очень нужны..."

Если есть - заглянуть бы туда.

А главное - шарфик. Такой же, как этот, в "скороходовской" коробке.

2

Прямо из ванной ты направился к своей новелле. Грузно сел на стул и, чтобы работать дальше, дал себе установку: этот осенний, совсем не пасмурный день начинается, как... А как что? А, ну да - как первоклассная книга.

На экране монитора высветились две вчерашние страницы.

Все в порядке. Твоя манера. Твоя интонация.

Все держится здесь на секрете, и секрет этот раскроется в самом конце.

У твоих ног, блаженствуя, расположился американский кокер Дик, который всегда норовил при случае понюхать твои замечательные усы. Урчал компьютер. Жена готовила на кухне завтрак, жарила оладьи и варила для себя (не для тебя) кофе.

Ты тер левой рукой затылок, потому что, как ни крути, побаливала голова, и всетаки ты решил не прерываться. Летом на даче, в Краскове, ты взял такой небывалый темп, так много писал, что жена кое о чем задумалась, но старалась отметать эти мысли. И Георгий, твой друг, заметил и, разумеется, не поделился с ней своими предчувствиями.

Ну, а новелла двигалась. Требовалось написать еще страниц пять. Ну, может быть, шесть.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке