Та сторона мира

Тема

Дембский Эугениуш

Евгений Дембский

- Вы пьете, мистер Марлоу?

- Ну, раз уж вы об этом заговорили...

- Вряд ли я стану нанимать детектива,

употребляющего алкоголь в каком бы то ни было виде. Я

не одобряю даже курения.

- А если я очистил апельсин, ничего?

Ты сегодня не человек, Марлоу. Может, я никогда не

был человеком и никогда не буду им. Может, я просто

сгусток эктоплазмы с лицензией детектива. Может, мы все

постепенно становимся такими в этом холодном тусклом

мире, где всегда происходит не то, что нужно, и

никогда - то, что нужно.

Рэймонд Чандлер. Сестренка

- Вы такой непостижимый. Такое мужество, такая

решительность, и все это за ничтожную сумму. Вас душат,

оглушают, бьют, накачивают наркотиками, а вы

продолжаете действовать как ни в чем не бывало. Как это

у вас получается, что вы такой необычный?

- Смелее, - рявкнул я. - К делу.

- Да поцелуйте же меня, черт бы вас побрал!

выпалила она.

Рэймонд Чандлер. Прощай, красотка

Пролог

Металлургия никогда не относилась к числу моих любимых отраслей промышленности. Ее изделиям я уделял столько же внимания, сколько домашняя кошка - семенам канадской сосны, за исключением разве что тех случаев, когда таковым изделием являлся изящный кузов автомобиля или одноглазый потомок Сэмюэля Кольта. Тем не менее эта обычная железная крышка люка в полу, стальная пластина, некогда расплющенная ударом могучего пресса, притягивала мой взгляд уже минут сорок с лишним. Я смотрел на нее, затаив дыхание. Уже целый час я не курил и, если бы потребовалось - не колеблясь, наделал бы в штаны, главное, лишь бы тихо. Правая рука онемела в кармане куртки, но это меня не волновало - подобное ощущение было хороню мне известно. Пальцы крепко сжимали идеально подогнанную рукоятку "элефанта", упиравшегося дулом в дно глубокого кармана без клапана. Я не боялся, что оружие за что-либо зацепится, когда придется его доставать - у "элефанта" не было никаких украшений, никаких выпирающих частей, даже мушки, лишь аккуратный округлый выступ на конце короткого трехдюймового ствола. Мушка была не нужна: любители не брали его в руки, а профессионалы знали, что достаточно лишь зацепить пулей такого калибра, чтобы оторвать руку от туловища. После удачного попадания в позвоночник жертва забавно переламывалась назад и стукалась головой о собственные пятки.

Левой рукой я нашарил в кармане зажигалку. И хотя она была бесшумной, а во всем здании не осталось в окнах даже осколка и сквозняк наверняка сразу же унес бы прочь сигаретный дым, я не стал закуривать. Я знал, что Киналья сидит в своей норе, напряженный, как взведенная катапульта, и у меня не было никакого желания давать ей лишний повод сработать.

Я оставил в покое зажигалку и несколько раз быстро моргнул. Мне очень хотелось, чтобы крышка люка дрогнула в действительности, а не лишь в моих мечтах.

Крышка и в самом деле дрогнула и медленно пошла вверх. Она была тяжелой, и Киналье приходилось поднимать ее прямо над головой. Я подождал, пока она поднимется на тридцать сантиметров, а затем прыгнул на нее, подогнув ноги и стараясь толкнуть как можно сильнее. Крышка довольно легко поддалась под моими ногами, ударившись сначала о что-то твердое и лишь затем грохнувшись о металлическую раму, о которую несколько секунд назад опиралась. Прежде чем она успела отскочить, я уже схватился за ручку и дернул вверх. В темноте, которую слегка рассеивал падавший сверху свет, мелькнула чья-то рука, я услышал несколько мягких ударов о металлические ступени, и каждый из них теплым эхом отдавался в моих ушах.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке