Нас научили

Тема

Мясников Виктор

Мясников Виктор

Нас научили не прощать,

Стрелять без промаха и драться Нас научили убивать

И отучили улыбаться.

Солдатская песня

1. 09. 1984 года

В дальнем, самом тихом и сумеречном углу разом приподнялись над тощими подушками взъерошенные головы дедов. Ненавистное, вымучивающее ощущение постоянной настороженности - дежурный зуммер тревоги, тонко просигналив, разбил утренний сон, заставил напрячься, подобраться в ожидании неведомой опасности.

Лязгнула решетка ружейного парка, и резанул глаза нестерпимый свет, ударил пронзительным электрическим визгом сигнал "громкого боя", перекрывая крик дежурного: "Рота, в ружье!"

"Вооруженка" - порхало слово меж колышущимися шеренгами, изнывали сердца тех, кто понимает. Проспал караульный солдатик собственную смерть. А может, и не спал, а так, расслабился, дом вспоминая, маму... И мечется по лесам и болотам бежавший с его автоматом заключенный. Или успел прицепиться к товарняку, летит, взахлеб дыша холодным ветром недолгой свободы. А все равно мертвец, уже раздают тяжелые патронные пачки...

Ротный потыкал мизинцем в зеленую кляксу среди густо насыпанных голубых штрихов.

- Значит, займешь позицию тут, между болотом и рекой, на мыске. Понял, Постников? Всё? Карту можно убирать? Да ты знаешь это место, прошлым летом неделю здесь сидел.

Так точно, товарищ старший лейтенант, неделю. С двухдневным пайком.

Послезавтра снимем, я же сказал. Задача ясна?

- Так точно, товарищ старший лейтенант. Перекрыть вероятный путь, в случае чего - огонь на поражение. - Усмехнулся. - Беречь личный состав.

- Ладно, ефрейтор, не ухмыляйся. Место, конечно, спокойное. Он километрах в ста отсюда бродит. Но будь начеку.

Ротный нахмурился, соображая: может, что важное забыл.

Да, поздравляю тебя, Постников.

С чем это? - подозрительно вскинул выгоревшую, цвета старой сметаны, бровь.

С первым сентября. Дочка-то у тебя сегодня в первый класс. Забыл?

Тут забудешь...

Грохнуло железо дверцы. "Уазик" рыкнул, мелко затрясся,

Зафыркал вонючей синью. Ротный высунулся, опять сморщил лоб, вспоминая. Вспомнил, наконец, что требовалось, и перестал хмуриться.

После приказа сразу домой. За войском присматривай.

Есть присматривать, товарищ старший лейтенант,

Обрадовался Постников. - Такие орлы - глаз да глаз.

Послезавтра сниму с поста. Ну, будь здоров.

Протянул узкую интеллигентную ладошку.

Обязательно буду, тарщ-старш-лейтн, - сыпанул скороговоркой Постников и сунул такую же узкую и почти такую же интеллигентную, только с чернотой под ногтями, кисть.

"Уазик", валясь на рытвинах, зашкандыбал вверх по склону к насыпи.

- Войско, за мной! - повелительно рявкнул ефрейтор и, оступаясь на шатких кочках, рванул вниз, в болото.

Следом, придерживая автоматы, ринулось войско в составе двух растерянных солдат и одной понурой собаки. Под кирзачами зачмокало, захлюпало, выбрызнуло прямо на брючину. Постников, замер, выставил ногу, осмотрел несвежий сапог с пыльным осевшим голенищем. Осмотром остался недоволен и состроил кислую гримасу. Войско молча стояло позади. Только овчарка зевала, щелкая зубами, и переступала мокрыми лапами. Измятая тропа тонула в грязи, влажные жесткие травы охапками валились с высоких кочек.

- Трава по пояс, роса по... - удовлетворенно оценил ситуацию ефрейтор и ласково скомандовал сам себе: Отбой, Постников. - Затем резко развернулся и свирепо скомандовал: - Кру-ом!

Войско команды не ждало, задергалось, смешалось.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке