Хватит махать руками

Тема

Финней Джек

Джек ФИННЕЙ

- Ну ладно, хватит там махать руками, слышишь, мальчуган? Знаю, что ты был летчиком. Ты хорошо летал в войну, а как же иначе - ведь ты мой внук! Только не думай, сынок, что ты все на свете знаешь о войне да и о летающих машинах тоже. Не было войны труднее, чем та, что мы кончили в шестьдесят пятом, ты этого не забывай. Большая была война, и большие люди тогда воевали! Что там твой Паттон, или Арнольд, или Стилуэлл - нет, они, конечно, тоже не промах, ничего не скажешь, но кто был настоящим генералом, так это Грант. Я тебе об этом никогда не рассказывал, потому что самому генералу дал клятву молчать, но теперь, я думаю, можно, срок уже прошел. Так вот, угомонись, мальчик, спрячь руки в карманы и слушай меня!

В ту ночь, про которую я расскажу, - когда я встретился с генералом я ничего такого не ожидал. Я знал одно - едем мы с майором верхом по Пенсильвания-авеню, а куда и зачем - он не сказал. И вот мы трясемся себе не спеша, держа поводья в одной руке, и у майора к седлу приторочен спереди какой-то большой черный ящик, а его острая бороденка так и мотается вверх-вниз.

Было поздно, одиннадцатый час, и все уже спали. Но сквозь деревья ярко светила полная луна, и ехать было приятно - четкие тени от лошадей скользили рядом с нами, и ни звука вокруг, только гулкий стук копыт по утоптанной земле. Ехали мы вот уже два дня, по дороге я то и дело прикладывался к трофейной яблочной водке - только тогда это еще не называлось трофеями, мы говорили "отправиться на фуражировку" - и теперь дремал в седле, а за спиной у меня болталась моя труба. Потом майор толкнул меня в бок, я проснулся и увидел впереди Белый дом.

- Так точно, сэр, - сказал я.

Он поглядел на меня. В лунном свете эполеты у него на плечах блестели золотом.

- Этой ночью, дружок, мы, быть может, выиграем войну, - сказал он тихо, таинственно улыбнулся и похлопал по черному ящику. - Мы с тобой, одни. Ты знаешь, кто я?

- Так точно, сэр.

- Нет, не знаешь. Я ученый. Профессор из Гарвардского колледжа. Был профессором, во всяком случае. Рад, что я опять в армии. Дураки они там, почти все, - дальше собственного носа ничего не видят. Так вот, дружок, этой ночью мы, может быть, выиграем войну.

- Так точно, сэр, - ответил я.

Чуть ли не все офицеры выше капитана - немного чокнутые, это я давно заметил, а майоры особенно. Тогда так было, да и сейчас, наверное, так осталось, даже в авиации.

Мы остановились на краю лужайки у Белого дома и постояли, глядя на большое старинное здание, серебристо-белое в лунном свете. Лучи от фонаря над дверью проходили между колоннами крыльца и падали на дорожку. В крайнем к востоку окне первого этажа горел свет, и я все надеялся, что увижу там президента, но никого видно не было.

Майор открыл свой ящик.

- Знаешь, мальчик, что это такое?

- Никак нет, сэр.

- Это мое собственное изобретение, основанное на моей собственной теории. Там, в колледже, все принимают меня за сумасшедшего, но оно, по-моему, должно сработать. Выиграть войну, мой мальчик.

Он передвинул маленький рычажок внутри ящика.

- Я не хочу забираться слишком далеко вперед, сынок, иначе мы ничего не поймем в тамошней технике. Скажем, лет на девяносто вперед как ты думаешь, хватит?

- Так точно, сэр.

- Ладно.

Майор ткнул большим пальцем в какую-то маленькую кнопку внутри ящика; послышалось жужжанье, оно становилось все тоньше и тоньше, пока у меня в ушах не засвербило. Потом майор поднял руку.

- Ну вот, - улыбнулся он, кивая головой и тряся своей острой бороденкой, - сейчас прошло девяносто с чем-то лет.

Он кивнул в сторону Белого дома.

- Приятно видеть, что он еще тут стоит.

Я еще раз посмотрел на Белый дом.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке