Симплегады (2 стр.)

Тема

Я не думал…

— Так и никто, братец, не думал, что в этом лесу водится птица-дятел. Небось, уже подсчитываешь, сколько дадут за каждого? Ведь подсчитываешь, верно?

— Я, правда, я только смотрел. Я — ничего.

Голос у человека сделался несколько мягче.

— Ну ладно, допустим. Одно тебя спасает — ты малолетка. Было бы тебе чуть побольше годков, я бы не стал тут с тобой разговоры разводить. Понимаешь?

Мендель быстро кивнул.

Незнакомец оглядел место, где они находились. Это была полуразрушенная бетонная клеть с обвалившимся потолком и частыми пробоинами в стенах. Из пробоин торчали ржавые прутья арматуры, и через эти-то дыры хорошо просматривалась стена дома, на которой работали пожарники. В углу бетонной коробки лежал широкий оцинкованный лист, им прикрывалась дыра в бетоне — лаз, который вел под стену соседнего флигеля и оттуда в подвал. Мендель об этом знал, незнакомец, кажется, нет.

Но по быстрому взгляду, который Мендель бросил на лист, человек, видимо, догадался. Он подошел ближе, и сдвинул лист ногой.

— А ты здесь, я гляжу, хорошо устроился. Щель неплохая. Даже есть куда драпать в случае чего. Ты местный?

Мендель хотел сказать «нет», потому что боялся этого человека, но именно потому что боялся, его «нет» пропало, не перейдя в звук, а губы сказали: «Да».

Незнакомец спрыгнул в провал, отчего сразу сделался карликом. Над бетоном торчали одни лишь плечи и маска лица. Он нагнулся и посмотрел в уходящую к стене темноту. Потом спросил, не вылезая из ямы:

— Имя? Как тебя звать?

Опять ему очень хотелось назваться каким-нибудь чужим именем и опять страх не позволил солгать.

— Мендель.

— И все?

Человек вылез из ямы и положил лист на место.

— Мендель Рутберг.

Человек подошел очень близко к Менделю. Мальчику даже показалось на миг, что за радугой поляроида мелькнули его глаза, но лишь показалось, такого не могло быть — щиток надежно скрывал лицо.

— Так вот, Мендель Рутберг. Сейчас здесь будут ребята. Да-да, те самые, Шнек и Маленький, твои лучшие друзья. У них сегодня что-то не очень хорошо получается — сезам не желает открываться. Между прочим, Шнек — парень суеверный, он, знаешь ли, верит в дурной глаз. Так что подумай, что он может сказать, когда узнает, чья это работа. Тебе сколько лет?

— Десять.

— И много и мало. Но во всяком случае, достаточно, чтобы жалость не перевесила осмотрительности. Что же с тобой делать, что же нам делать с тобой, Мендель Рутберг? Отпустить домой?

* * *

Мундштук у Маленького Генерала был именной, наборный, из редких кусков янтаря с серебряной гравированной окантовкой. Перед тем, как закурить сотую за день сигарету, он булавкой счистил нагар и легонько продул отверстие.

«Экстренный вызов». — Маленький Генерал улыбнулся и, наконец, закурил.

До полуночи — два часа. И два — после полуночи. Итого, четыре, нет, четыре часа шестнадцать минут, раз уж в Управлении он считается таким пунктуальным. Интересно, кто первый пустил по отделам прозвище — Маленький Генерал? Кажется, оно пошло гулять после давнего визита министра. Наверное, сам министр и пустил, ох уж эти важные столичные орхидеи, чьи дурацкие шутки идут наравне с приказами. Это было двадцать пять лет назад, а кажется, что вчера. Сколько воды утекло, сколько пороха нюхано! А табака! И министра давно турнули.

Генерал зажмурился и выдохнул сладкий дым. Он парил в тающем облаке, скрытая вытяжка работала в Институте исправно, не то что у него в Управлении. Вот так, плавая в табачном дыму, легко можно представить, что кругом порох, а не табак, а перед ним не стол в секретной лаборатории и не длинная вереница пультов, опоясывающая стены по кругу.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке