Проклятый и благословенный

Тема

Бабенко Виталий

ВИТАЛИЙ БАБЕНКО

Я очень часто прослушивакт эти фонны. И каждый раз долго выбираю, какую взять для начала, стараюсь представить, чей услышу голос. Все они одинаковые - розовые кубики не больше игральной кости, ничем не помечены, чтобы отличаться один от другого, если не считать крохотного индекса на первой плоскости. Я намеренно располагаю их так, чтобы индекс оказался внизу. Беру наконец первую попавшуюся фонну, осторожно закладываю в проигрыватель и жду.

Раздается тихий щелчок. Сейчас в воздухе родится голос. Чей он будет - Психолога или Физика, Бортмеханика или Командира,- я не знаю, но всегда заключаю сам с собой нечто вроде пари. Мне кажется, если я угадаю, то вскоре сбудется и самое сокровенное мое желание: наконец-то я все пойму. Шанс угадать весьма высок: всего-навсего один из семи. Семь фонн выстроились в ряд у меня на столе, ровно столько, сколько было членов экипажа. Почемуто я постоянно проигрываю, и, когда в комнате затихает последний монолог, мне мерещится, будто я только что был на волосок от разгадки, не сумел разобраться в какой-то малости, еще чуть-чуть - и из разрозненных кусочков сложится ясная и четкая мозаичная картинка. Однако... это, же самое впечатление возникало и позавчера, и завтра мне будет недоставать все той же малости, и я утешаю себя мыслью, что причина в моей невезучести; опять не угадал, опять с первого раза не вышел мой многоголосый пасьянс.

"Человеческое познание движется по очень странной траектории",- слышатся первые слова монолога Физика. Я закрываю глаза, и мне чудится, что он сидит в кресле напротив меня, играет своим шариком-веретенцем и тихим голосом - не вдаваясь в сложности теории и не читая наизусть формулы, которые выглядят красиво только на экране калькулятора, а в словесном выражении представляются полнейшей абракадаброй,- рассказывает мне, человеку от физики весьма далекому, о цели эксперимента.

Что же, по крайней мере сегодня пасьянс начался вполне логично-с предыстории. Только я загадывал Навигатора...

"...Кто мог подумать хотя бы двести лет назад, что, изучая материю, углубляясь в структуру вещественного мира, мы вдруг упремся в абсолютно невещественное, в пустоту, в ничто, в вакуум? Как можно в Ничто искать причины Чего-то? И если это Что-то - весь мир, вся Вселенная, то имеем ли мы право тратить силы, энергию, возможности на изучение Несущего и снаряжать экспедицию "туда, не знаю куда", требуя от нее, чтобы она принесла "то, не знаю что"? Да, имеем...

Очевидно, не напрасно вопрос: действительно ли пуста пустота? - издавна волновал ученых. Вспомним споры о близкодействии и дальнодействии времен Ньютона. Вернемся к теории эфира. Перелистаем лишний раз Эйнштейна и задумаемся над его словами о "невесомой, светоносной материи". Прибавим к этому не столь ушедшие в прошлое - всего вековой давности - дискуссии о нулевых колебаниях вакуума, а также наши бесплодные попытки понять гравитацию,- бесплодные тем паче, что нам удалось расшифровать гравитационную структуру Вселенной и использовать ее для перемещения в пространстве,- и на поверхность всплывет парадоксальный вывод; как бы все упростилось, если бы в словечке "НЕ-сущий" можно было убрать дефис! Вакуум, несущий нас. Мир. Жизнь... И как многое стало бы нам понятно в мироздании, если бы вслед за Мефистофелем мы могли повторить:

"нечто и ничто отождествились"...

Или если бы мы по-новому осмыслили слова из Тайттирия Упанишады:

"Поистине вначале это было не-сущим;

Из него поистине возникло сущее".

Или задумались бы над речением Лао-цзы:

"Все сущее в мире рождается из бытия. А бытие рождается из небытия".

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке