Возвращение с пастбищ

Тема

Немченко Михаил

Михаил НЕМЧЕНКО

В медчасти Крылечкина сначала смотрели на рентгене, потом на тепловизоре, потом на нейровизоре с какими-то непонятными фильтрами, затем, обстукав и обслушав, часа два мучили хитроумными психологическими тестами - и, наконец, передали из рук в руки высокой стройной блондинкв из отдела кадров.На блондинке был серебристый брючный костюм из только что вошедшего в моду релятивина. Собственно, серебристым он оставался лишь первые минуты. Пока блондинка изучала новенький диплом Крылечкина и расспрашивала его о семейном положении, о темах курсовых работ, костюм поголубел, налился лазурью, и, словно по небу в цветном фильме, по ткани поплыли легкие белые облачки.- Ну что ж, - проговорила блондинка, вставая, - пойдемте и шефу.Они вышли из административного корпуса, свернули в аллею, заснеженную тополиным пухом, и вскоре оказались перед стальными воротами. "Орешкинская экспериментальная ферма. Зона А." - гласила табличка. Блондинка опустила в прорезь жетон, ворота приоткрылись и, пропустив их, снова захлопнулись."Ого!" - поразился Крылечкин. За пять институтских лет он побывал на многих экспериментальных фермах, - на Чукотке даже участвовал в дойке китихи, - но с такими строгими воротами встречался впервые. И этот трехчасовой медосмотр... Чем же они тут занимаются, в этом таинственном Орешкино? Похоже, в институте тоже никто толком этого не знает. На все расспросы Крылечкина декан, человек сухой и официальный, ответил только: "В Орешкино выводят новую ценную породу скота". - "Но какую же? Почему ни слова не сообщают о своих работах?" - "Видимо, считают преждевременным. Наберитесь терпения, Крылечкин, - все узнаете на месте".И вот сейчас он должен наконец узнать...От ворот выложенная белыми плитами дорожка вела через сочную зеленую лужайку к длинному одноэтажному зданию. На лужайке паслась рыжая телка. Обычная тагилка, - с первого взгляда определил Крылечкин и вопросительно посмотрел на провожатую: где же тут новая-то порода? Но блондинка шагала молча, явно не собираясь ничего объяснять, А релятивиновый костюм ее продолжал тем временем цикл своих преображений.На фоне плывущих в голубизне облаков откуда-то из глубины ткани проступили очертания ветвей, потом стали видны набухшие почки, - и вот уже весь костюм переливается трепещущими зелеными искорками распускающейся листвы. Листья росли, множились, и стало видно, что это сирень, которая вот-вот расцветет.В эту самую минуту блондинка распахнула дверь. Они вошли в пустынный вестибюль, пересекли его и зашагали по широкому коридору, освещенному голубоватыми плафонами. Крылечкин с любопытством оглядывал стены, но не обнаружил ничего интересного. "Взаимосвязь экстерьера и молочной продуктивности", "Количество отелов по месяцам", "Структура стада" - все те же привычные таблицы, диаграммы и графики, которые можно увидеть в каждом молочном комплексе.Сиреневый куст на костюме блондинки раскрыл, между тем, первые лиловые гроздья, и Крылечкина опахнуло душистым цветочным ароматом. "Глубинка", - подумал он не без снисходительности. Московские модницы, покупая релятивиновые костюмы, первым делом становились в них под ионный душ - и запах цветов делался тонким, еле уловимым. А здесь, в Орешкино, как видно, считалось модным благоухать на всю катушку.- Подождите тут минутку, - сказала блондинка и вместе с запахом сирени исчезла за высокой белой дверью, на которой было написано: "Сектор свирепости".Крылечкин остался стоять, обалдело уставившись на эту надпись. Чья-то шутка?..

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке