Правосудие с короткими ногами

Тема

Заколебанский Опанасий

ОПАНАСИЙ ЗАКОЛЕБАНСКИЙ

(с вкраплениями гиперболизма история)

"Зри в корень"

Козьма Прутков

Глава 1.

Ой, как голова трещит, нет сил терпеть. Ох, давненько я не упивался по самые баклажаны, прямо не знаю, что делать. Остается надеяться, что ноги сами выведут меня куда нужно. Емеля официант пристал и что-то шепчет на ухо, наверное просит чаевых добавить. Да пошел ты!!!... Козьма Прутиков никогда таким козлам много не дает. Ты свое уже заработал...

На улице сыро и холодно. От взрыва ветра с крыши слетела густая струюя и прямо за шиворот. У-у-у! Бр-р-р. Будь все проклято!..

А дождь кончился совсем недавно - даже толпа под тополями на площади не рассосалась. Так, где мой личный транспорт? Не-е, я на машине не езжу. Ростом не вышел. У меня ноги до педалей не достают. А даже если и достанут, то что я - носом рулить буду, что ли?

...Ой, перепил! Может быть - наследственное. Ну да. Мама родная моя пила много, вот я и уродился -любитель выпить. Папа тоже, небось, алкаш был тот еще. Однажды пошел за бутылкой, да так и не вернулся. Ну мама долго дожидаться не стала - нашла доброго дядю, а меня сбагрила к родственничкам. Так что рос я без родительской ласки. Может и поэтому ростом не вышел. Да еще болел много...Так, о чем это я? Ах да. Где же мой м-мо-ци-цикл?..

Там где я его кинул - пустота. Нет, конечно асфальт и бордюр на месте и птичье дерьмо тоже никуда не делось, а транспорт отсутствует.

...Угнали!?

Вот суки. Среди бела дня. И у кого!? Уж этого я так просто не оставлю.

Разворачиваюсь и быстрым шагом (чтобы не свалиться) обратно в ресторан.

В "Айсберге" дым коромыслом. Оказывается и без меня может быть весело. Музыканты давно все ноты позабыли, пюпитры по чьей-то хребтине прошлись молотком выправляй. Один лабух в пьяном порыве обнял контрабас и полез на него. Так и есть, сломал. Но это мне не интересно. Я ищу Петровича. Взгляд мой натыкается на противные, липкие, розовые, черные, мятые, грязные, похотливые, косые пьяные рожи. Тьфу, чтоб вы все провалились. Нет Петровича.

- Алле, где Петрович? - еле живого бармена за галстук поднимаю с пола. Тот тычет пальчиком в сторону кухни.

Какая все-таки жуткая штука - круглые даты. Все съезжают с катушек и начинают жадно поглощать огненную воду в немеренных количествах. Так сказать, перевыполняют план. Годовую норму. Как будто завтра произойдет конец света и никогда больше водка не промочит иссохшееся горло страждущего. И наплевать, что поутру будет хуже, чем в аду: и головка бо-бо, и в печенке колики и конечности замерзнут, и в сердце клин.

А я? Чего же я так нажрался? Я вроде к этому празднику отношения не имею. Как бишь его название? Ах да - у тети Айсберга сегодня золотая свадьба. Точно. А причем тут я? И кто меня приглашал? Не помню. Ладно. Воспоминания можно отложить до завтра. А сейчас есть дела поважнее.

На кухне повар в засаленом колпаке снимает пробу. Кругом вертятся айсбергова охрана - как бы не отравили кого из гостей. Один, рослый такой (два меня) подходит:

- А тебе, малявка чего надо?

Это я малявка? Ну насчет роста может и так. Да только я не очень люблю, когда мне про него напоминают.

- Дурик, ты что, новенький?

Еще один детина подходит к первому, шепчет. У того мозга видать зашевелилась, потом покрылся, напыжился, как карась на нересте - сейчас икру метать начнут.

- Вы, извините, господин Прутиков. Это у нас новичок, он постоянных клиентов не знает.

Ладно, ладно, Валера. Я сегодня добрый. Где Петрович, лучше говори.

- Он на склад пошел. Туда. - и пухленькой ручкой в сторону коридора машет.

- Ну, спасибо, - говорю. "Ух, попадись ты мне в другой момент".

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке