Преимущество широты

Тема

Аннотация: В Поволжье, на Среднерусской равнине, случилось сильное землетрясение — то есть там, где его быть не должно в принципе. Затем то же самое повторилось в Полесье. Неожиданная активность планеты стала пугать своей таинственностью. Где произойдёт следующий взрыв? Что происходит с природой? И почему землетрясения никогда не случаются в воскресенье?

Дмитрий Биленкин

* * *

День в газете похож на шахматную партию, каждый раз новую. Трудно лишь заранее угадать, кто будет очередным партнёром — жёлчный изобретатель вечного двигателя, светило мировой науки или юноша-агроном. Потому состояние мгновенной готовности стало для Андрея Сегдина привычным. Можно разбудить научного журналиста среди ночи; он — если он настоящий журналист! — сразу поймёт объяснение конструкции свеклоуборочного комбайна, выкажет знакомство с проблемами генетических болезней и поделится с вами последними новостями астрофизики. Таким профессионалом и был Сегдин. Любой специалист знал свою область в сто раз лучше Андрея, но ни один из них не имел представления и о половине того, что знал Андрей о всей науке.

В то утро, не успел Андрей сесть за стол, как зазвонил телефон. Шахматная партия началась, кто-то делал первый ход. Андрей снял трубку, его лицо приняло озабоченное выражение.

— Да, да, спасибо. Конечно, буду! А что, причина по-прежнему неизвестна? Нет? Вот ситуация…

Повесив трубку, Андрей сгрёб утренние газеты, чтобы прочесть их в машине. Сообщения не радовали. “Новый шквал землетрясений!”, “Земля пробудилась!”, “Где произойдёт следующий взрыв?” — чёрные заголовки о чёрных вестях.

Теперь перед совещанием оставалось мобилизовать память, чтобы в немногие минуты спокойствия, дарованные поездкой, успеть расставить по порядку все до последней мелочи.

Месяц назад, двадцать седьмого июня, жители маленького приволжского городка были сбиты с ног (кто сидел — сброшены со стульев) сильным толчком. Он длился секунду. Всего на секунду ожила Земля, колыхнула здания и наполнила воздух треском лопнувших стёкол. Урон был незначительным. Но какая буря поднялась среди сейсмологов! Весь опыт геофизики, выходит, ничего не стоил, если сильное землетрясение случилось там, где его не должно было быть, — на Среднерусской равнине. Впрочем, наука не любит необъяснимых явлений. Тотчас вспомнили, как двести миллионов лет назад тектонически спокойный участок Среднерусской платформы стал ломаться в судорогах рождения гор, которые ныне известны под названием Донецкого кряжа и отнюдь уже не производят впечатления гор. Не началось ли и в Приволжье нечто подобное?

Гипотеза была хоть куда, но через день её вдребезги разбил новый толчок. На этот раз дрогнули полесские сосны. Их вершины несколько минут раскачивались в ослепительной синеве летнего неба, и весь мир ошеломлённо следил за ритмичными взмахами пушистых веток. Объяснений было выдвинуто несколько; высказаны они были весьма неуверенным голосом.

Далее неожиданности следовали одна за другой. Земля вздрагивала то там, то здесь, и никто не знал, что и где случится завтра. Потом необъяснимые землетрясения стали наблюдаться в Северной Америке и на юге Канады. А затем и в Западной Европе. Закончилось все это не далее как позавчера, в субботу, грандиозным и страшным фейерверком. В пустынном Лабрадоре взлетели на воздух миллиарды кубометров земли, ослепительный столб газов поднялся в небо. Вертолёты срочно доставили на место происшествия геологов, и микрофоны радиорепортёров разнесли по всему свету их озадаченное “Гм!”. В Лабрадоре возникла типичная “трубка взрыва”, одна из тех, в которых добывают алмазы.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке