Огненная пора

Тема

Андерсон Пол

Пол Андерсон

Халу Клементу, кователю миров

Пролог

Страшно попасть в руки абсолютно справедливого человека.

Даже в суде от его вида холодило кровь, а нас повезли к нему домой. Мы вышли из флаера в тусклые сумерки, охватившие нас серо-голубым маревом, сгущавшимся в черноту на обрамлявших долину горных склонах и чуть-чуть фиолетовым вокруг ранних звезд. Между звездами блеснул сторожевой спутник и скрылся в тень Земли, будто его задул налетевший с дальних снегов порыв холодного ветра. Пахло ледниками и просторами.

Дом, построенный из натурального камня, подавлял своей громадой, как и окружавшие его горы. Мало кто из людей на планете-матери человечества мог позволить себе роскошь уединения. Президент Трибунала - мог. Над окованной железом дубовой дверью горел в бронзовой раме светильник. Пилот указал нам дорогу, всем своим видом свидетельствуя, что Даниэля Эспину не следует заставлять ждать.

Сердце у меня замирало, но мы шли уверенно. Дверь отворилась. За ней стоял служитель, живой, хотя и не человек.

- Buenas tardes, - произнес часовой-робот. - Siganme ustedes, por favor (Добрый вечер. Следуйте за мной, пожалуйста, исп.).

По обшитому темными панелями коридору мы прошли в комнату, очевидно, предназначенную для подобных встреч.

Она была высокой и просторной, наполненной древностями и тишиной. Ковер на полу гасил звук шагов. Возле инкрустированного слоновой костью тикового стола стояли кожаные кресла и диван. Напротив резной мраморной совы невозмутимо тикали Дедовские часы, помнящие несколько столетий. На полках вдоль стек стояли сотни книг - не микрофильмы, а печатные тома. Каким-то необъяснимым образом современный письменный стол и терминал на нем - для коммуникаций, работы с данными, записи, ведения проектов, печати документов и тому подобного - не нарушали гармонии.

Дальняя стена комнаты была прозрачной. За ней высились горы с лесистыми склонами и заполненными вечерней мглой долинами, дальше угадывались снежные пики, и с каждой минутой над ними загоралось все больше звезд. Перед стеной в своем передвижном кресле сидел Эспина. Как всегда, в своей черной хламиде, скрывавшей все, кроме обтянутого кожей черепа и костлявых рук скелета. Нас остановил взгляд его живых глаз.

- Добрый вечер, - произнес он спокойным, без всякой интонации голосом, будто мы были его гостями, а не ожидающими приговора преступниками. Будьте добры присесть.

Мы поклонились и сели каждый на краешек кресла, не сводя с него глаз.

- Я думаю, удобнее всего нам будет говорить по-английски? осведомился он.

Я счел вопрос риторическим. Мог ли он не знать? Чтобы скрыть свою неловкость, я ответил:

- Совершенно верно, Ваша честь... сэр... Как вы помните, на Иштар это уже давно язык общечеловеческий. Те, кто там постоянно живут, даже по-испански говорят хуже - нет практики. Так случилось, что персонал базы в самом начале был в основном англоязычный, ...а с тех пор они были в изоляции...

- До последних событий, - оборвал он мою бессвязную речь.

Дзк, сказали часы. Дзк. Дзк. Через минуту Эспина пошевелился и спросил:

- Кто желает кофе, кто - чай?

Каждый из нас пробормотал свой выбор; он подозвал слугу и отдал распоряжение. Пока тот выходил, Эспина достал из складок своего одеяния серебряный портсигар, зажал между пожелтевшими пальцами сигарету и, глубоко затянувшись, прикурил от зажигалки.

- Курите, если желаете, - пригласил он без радушия или враждебности. Просто проинформировал нас, что он не возражает. Мы не шевельнулись. Его взгляд холодил, как ветер с вершин.

- Вы удивлены, что я вас сюда позвал, - произнес он наконец.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке