Первые шаги по Тропе - Злой Котел (2 стр.)

Тема

Еще чуть-чуть, и у меня, наверное, появится какое-нибудь шестое чувство ? способность общаться с духами или дар предвидения.

Однако от более близкого знакомства со страной, издали казавшейся если и не раем, то по крайней мере его преддверием, мой оптимизм несколько поубавился.

Все началось после встречи с вещуном, существом в общем-то не самым вредным, но склонным к немотивированному коварству. Страсть сия, как и тяга некоторых птиц к воровству блестящих предметов, здравому объяснению не подлежит. И пользы от этого никакой, и неприятностей не оберешься, а удержу все равно нет. Да только с легкомысленных сорок и галок один спрос, а с вещунов, которым ума?разума не занимать, совсем другой.

Прежде вещуны старались обходить меня стороной. И то верно ? поди угадай, что замышляет эта никогда не виданная в здешних краях тварь, то есть я. Глаза завидущие, повадки подозрительные, зубы, хоть и мелкие, но острые, да вдобавок еще и увесистая дубина в руке. Лучше зря не рисковать.

Но этот вещун сидел смирно и на меня поглядывал как-то странно ? то ли с тоской, то ли с укоризной. Дескать, ну какого еще хрена тебе, образина чужеземная, здесь надо, проходи себе сторонкой... Может, он просто нужду справляет, а я ненароком нарушил его уединение?

Впрочем, интуиция, подводившая меня куда реже, чем, скажем, рассудок или память, подсказывала ? что-то здесь неладно. Если овечка не убегает от волка (которым с известной натяжкой можно было назвать меня), она либо безнадежно больна, либо выставлена охотниками в качестве приманки. А кроме того, меня настораживал запах, вовсе не характерный для вольного пространства, обильного самой разнообразной флорой, но бедного фауной, ? тошнотворный запах живодерни.

Особо спешить было некуда, и я присел неподалеку в зарослях высокой травы, видом своим слегка напоминавшей огородный салат, но на вкус горькой, как полынь.

Вещун, обычно подвижный, словно мартышка, не шевелился, хотя буквально все вокруг колыхалось от порывов свежего ветра, дувшего, казалось, со всех сторон сразу. По его пухленькой мордочке катились слезы ? ни дать ни взять бегущие взапуски виноградинки. В мире, где причудливо перемешались совершенно несовместимые вещи и явления, это могло означать все что угодно, в том числе и восторг.

Благодаря постоянным контактам с разношерстной публикой, скитавшейся по Тропе из страны в страну, мне было немного знакомо тарабарское наречие, служившее здесь средством межнационального общения.

Для пущей убедительности сопровождая слова мимикой и жестами, я спросил у вещуна:

? Почему молчишь, приятель?

Ответ был обстоятельным и витиеватым:

? Я не столь опрометчив, чтобы заводить разговор с существом, намерения которого не ясны, зато дикость очевидна.

Дабы успокоить его, я сказал:

? Моя внешность обманчива. Может, я и грозен на вид, но на самом деле безобиден.

? Моя внешность тоже обманчива, ? поспешно сообщил вещун, которого мои слова, похоже, ничуть не убедили. ? Кажусь аппетитным, но совершенно несъедобен. Это тебе кто угодно подтвердит.

? Я не собираюсь пробовать тебя на вкус. Можешь не волноваться.

? Сейчас никому нельзя верить, ? посетовал вещун. ? Возьмешь да и укусишь меня из любопытства. Сам потом плеваться будешь, ? а я останусь без уха или носа.

? Неужели я похож на чудовище, способное откусить нос первому встречному?

? Еще как!

Слово за слово ? и мы разговорились. Болтать с вещунами ? одно удовольствие. Есть у этих чудиков такой дар ? находить общий язык с любыми разумными существами. Именно за это их и прозвали вещунами. Склонность к ворожбе и пророчеству тут ни при чем, хотя сего поприща они тоже не чураются.

Имей вещуны иной нрав ? им бы цены не было. Ведь лучших толмачей и желать нельзя.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке