Член семьи

Тема

Спарк Мюриел

Мюриел Спарк

- Тебе надо бы прийти к нам и познакомиться с моей матерью, - неожиданно сказал Ричард под Рождество. Труди уже давным-давно ждала этого приглашения, но все равно удивилась.- Надеюсь, встреча с ней доставит тебе удовольствие, - добавил Ричард. - Во всяком случае, мать с нетерпением ждет тебя.- Разве она обо мне знает?- Конечно, - ответил Ричард.- О!- Только не надо волноваться, - посоветовал Ричард. - Она очень милая и со всеми ладит.- Да, это наверняка так и есть. Конечно, я очень хотела бы...- Приходи на воскресное чаепитие, - заключил он.Они встретились прошлым летом в Блейлахе - одном из самых невзрачных приозерных городков южной Австрии. Труди отдыхала там со своей подругой по имени Гвен, которая в Лондоне снимала тесную комнатку в гостинице "Кенсингтон", как раз над номером Труди. В отличие от последней, Гвен умела объясняться по-немецки.- Я и не думала, что здесь может быть так дождливо, - сказала Труди на третий день их отпуска, стоя перед закрытым двустворчатым окном и печально глядя на лениво стекающие по стеклу струйки воды. - Совсем как в Уэльсе.- Вчера ты говорила то же самое, - с усмешкой ответила Гвен. - А ведь погода была ясная. Тем не менее, ты заявила, что все это точно как в Уэльсе.- Да, но и вчера чуточку моросило.- Но когда ты сказала, что все это точно как в Уэльсе, как раз светило солнце. Конечно, отчасти ты права...- В гораздо большей степени, чем ты думаешь. И все же я не представляла, что здесь может быть так сыро... - Труди осеклась, услышав, как Гвен вполголоса считает до двадцати.- Я понимаю, что ты приехала попытать счастья, - наконец сказала Гвен. - Но, боюсь, это не лучшее твое лето.Шум дождя усилился как бы в подтверждение ее слов."Уж лучше захлопнуть ставни", - подумала Труди.- Может, мы сглупили, и надо было поехать в более дорогое местечко?- Между прочим, дождь поливает и дорогие местечки. С равным успехом он поливает и достойные, и убогие местечки в этом мире. То же, кстати, касается и людей.Гвен стукнуло тридцать пять. Она была школьной учительницей. И ее костюм, и прическа, и даже карандашик губной помады - от них веяло такой чопорностью, что Труди, по-прежнему стоявшую у окна в тоскливом созерцании дождя, вдруг осенило: Гвен уже оставила всякие надежды на замужество.- То же касается и людей, - задумчиво повторила Гвен.Но на другой день установилась хорошая погода. Подружки купались в озере, потом сидели под оранжево-белым навесом на террасе гостиницы, потягивали яблочный сок и любовались сияющими непорочной белизной вершинами. Потом гуляли: Гвен - в своих небесно-голубых шортах, Труди - в пышном летнем костюме. По набережной слонялись туристы со всего света: грузные, прилично одетые немецкие матроны, сопровождаемые степенными мужьями и невозмутимыми детьми, тощие англичанки с непременным перманентом, резвые балаболы французы.- Нет, я обязательно, обязательно должна заняться своим разговорником, - сказала Труди. У нее было предчувствие: если она научится обходиться без посредничества Гвен, которая все же стесняла свободу, то ей больше повезет.- Ты полагаешь, что тогда повысится вероятность встретить когонибудь? - Гвен как будто подтверждала ее мысли, и Труди чуть вздрогнула.- О, и совсем не за этим. Я намерена просто отдыхать. Я не...- Боже, Ричард!Труди вздрогнула еще раз, а Гвен уже болтала по-английски с мужчиной, который, со всей очевидностью, не сопровождал ни жену, ни тетушку, ни сестрицу. Он мило чмокнул Гвен в щеку. Гвен со смехом отплатила ему той же монетой.- Замечательно, замечательно, - проговорил Ричард. Он был чуть выше Гвен, темноволосый, с тонкими пегими усиками, широкогрудый.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке