Долгая вахта

Тема

Хайнлайн Роберт

Роберт Хайнлайн

Девять кораблей взметнулись с Лунной Базы. Вскоре восемь из них образовали круг, в центре которого был девятый - самый маленький. Этот строй они сохраняли на всем пути до Земли.На маленьком корабле виднелась эмблема адмирала, однако на нем не было ни одного живого существа. Это был даже не пассажирский корабль, а радиоуправляемый самолет, предназначенный для радиоактивного груза. В этом рейсе он имел на борту один лишь свинцовый гроб и гейгеровский счетчик, который ни на минуту не утихал.Из передовой статьи "Десять лет спустя", пленка 38,17 июня 2009г. Архивы "Нью-Йорк Таймс"

IДжонни Далквист выпустил на гейгеровский счетчик струю дыма. Горько усмехнулся и снова выпустил дым. Все его тело было теперь радиоактивно. Даже его дыхание, дым его сигареты могут заставить взвыть гейгеровский счетчик.Как долго он здесь находится? На Луне время почти не имеет значения. Два дня? Три? Неделю? Он мысленно оглянулся назад: последнее, что он запомнил, был момент, когда его вызвал заместитель начальника, сразу же после утреннего завтрака...- Разрешите доложить. Лейтенант Далквист.Полковник Тауэрс поднял глаза. - А, Джон Эзра! Садитесь, Джонни. Сигарету?Джонни сел, заинтригованный и польщенный. Он восхищался полковником Тауэрсом - его выправкой, умением командовать, боевыми заслугами. Сам Джонни не имел боевых заслуг, он был произведен в офицеры после того, как получил степень доктора ядерной физики. Теперь он состоял младшим бомбардиром Лунной Базы.Полковник заговорил о политике; Джонни это озадачило. Наконец Тауэрс дошел до существа вопроса: небезопасно, сказал он, оставлять в руках политиков руководство миром. Власть должна принадлежать избранной группе. Короче говоря, Лунному Дозору.Далквиста удивили не столько эти слова, сколько сам факт такого разговора между ним и полковником. Сама по себе мысль Тауэрса казалась разумной. Лига наций распалась - разве не может случиться то же самое с Организацией Объединенных Наций? А что тогда? Новая мировая война. Но вы ведь знаете, Джонни, как ужасна была бы такая война?Далквист с этим согласился. Тауэрс был доволен. Он так и сказал, что Джонни понял, о чем идет речь. Старший бомбардир и сам мог бы справиться, но лучше, если в таком деле будут участвовать оба специалиста.Резким движением Джонни выпрямился. - Вы действительно собираетесь что-то сделать в этом отношении? - Он полагал, что начальник хотел только побеседовать. Тауэрс улыбнулся.- Мы не политики, мы не занимаемся разговорами, мы действуем!Джонни свистнул.-Когда это начнется? - спросил он. Тауэрс щелкнул выключателем. Джонни был ошеломлен, услышав свой собственный голос: то была запись беседы, происходившей в столовой для младших офицеров. Политический спор, в котором, как он вспомнил, ему пришлось участвовать... Это было очень интересно! Но то, что за ним шпионили, его возмутило. Тауэрс выключил аппарат. - Мы уже действуем, - сказал он. - Мы знаем, кто надежен, а кто нет. Возьмите Келли... - Он указал рукой на громкоговоритель. - Келли политически неблагонадежен. Вы заметили, что его не было за завтраком?- О! Я думал, что он на вахте.-Для Келли вахты кончились. Успокойтесь, он невредим.Джонни немного подумал. - А в каком списке значусь я? - спросил он. - Я надежен или ненадежен?- Рядом с вашим именем стоит знак вопроса. Но я все время говорил, что на вас можно положиться. - На его устах играла покоряющая улыбка. - Вы ведь не предадите меня, Джонни?Далквист не отвечал; тогда Тауэрс сказал резко:- Ну, так как же - что вы думаете об этом? Говорите!- Что ж, по-моему, вы переоценили свои силы.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке