Эрнские волки

Тема

---------------------------------------------

Мария Симонова

Пролог

Впереди была темнота, а позади с ревом, огнем и грохотом рвалось, расставаясь в муках с почти разумной жизнью, организованное железо. Хан падал вперед, в темноту, обхватив руками хрупкое живое существо, в тщетной надежде заслонить его собой от огня и горячих осколков, и уже в отчаянии осознавая — не спасти, не успеть… Догнала и ударила в спину волна опаляющего жара, что-то тяжелое остро стукнуло в затылок… Окружающая реальность, треща и завывая, скомкалась в первородную точку.

«Конец?..»

Сжавшись до предела, точка сущего начала вновь распухать и вдруг взорвалась, развернувшись картиной недавнего прошлого; едва вспыхнув в сознании, прошедшая реальность тут же принялась прокручиваться заново.

«Да, — отстраненно подумал Хан, — с этого, пожалуй, все и началось…»

Глава 1

— Эй-эй, полегче… Отстань, говорю… Да скоко ж можно… Я тебе что — перпетуум мобиле?..

— Нет, ты мне делиниум тремнис.

— Что-о-о?..

— Не что, а где.

Девчонка отодвинулась, потянулась всем телом, как довольная кошка и по-кошачьи легко вскочила с брошенной на каменный пол одежды.

— Пить хочется… — сообщила она, направляясь к уже прорисовавшейся в темноте трещине выхода, и как была, в чем мать родила, выскользнула наружу, на мгновение загородив узким силуэтом извилистую полосу раннего бледного утра, робко заглядывающего в пещеру.

Хан без выражения глядел ей вслед из темноты, привычно задерживая гримасу эмоции на «внутреннем лице», хотя сейчас и в его «внешнее» лицо стало некому заглядывать; да и гримаса была незначительной — всего-навсего мимолетное удивление. Но привычка, выработанная еще в юности, в летно-разведывательной школе на Санта Иглс, давно стала его второй натурой, перейдя в разряд «безусловных рефлексов».

Киску эту он подцепил вчера, под вечер, вернувшись к месту стоянки своего катера из двухнедельного рабочего рейда по Леу-Сколту; вернее, это она его «подцепила», а точнее сказать — приклеилась намертво, стоило ему выделить ее взглядом в расслабляюще оборванной и демобилизующе моторизованной девичьей стае: бронзовые заплатки тел, матово улыбающиеся в прорехи потертой кожи, холодные глаза из под пыльных прядей волос, мятущихся по ветру над сумбурным стойлом усталого железа с «лысыми» покрышками. И вся эта «тяжелая» кавалерия в шестнадцать лохматых голов и одиннадцать рогатых — количество Хан машинально и безошибочно определил на глаз — умудрилась устроить привал не где-нибудь в абстрактном чистом поле, а у самой кромки его собственного, Ханова, защитно-маскировочного поля! Точнее — не его, а его «семерки», что было, в общем-то, почти без разницы. Силовой колпак — восемь метров в диаметре и два с половиной в высоту — работающий от генератора на «вечных» слингеровых батареях — помимо своей прямой защитной функции призван был в отсутствие хозяина камуфлировать под окружающий ландшафт стремительные очертания «Спирита» — военно-разведывательного катера — «Мечты Шпиона» — по меткому выражению одного из «мечтателей». Незримый восьмиметровый пятачок у самой границы безбрежной степи с высоченной — свороти-шею — горной грядой — разумеется, никак невозможно ни обойти ни объехать сей «оазис» такой многочисленной компанией! Похоже, что «эскадрон девчат летучих», бороздя степные просторы, наткнулся с разгону на невидимое препятствие, неясной ему — эскадрону — природы и устроил возле него временный привал, чтобы устранить последствия столкновения, а заодно и разобраться с непонятным феноменом, нежданно воздвигшимся на пути. Судя по россыпям битого стекла, отмечавшим границу защитного поля по окружности, разборки имели место крутые.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке