Билет без выигрыша

Тема

---------------------------------------------

Шпаков Владимир

Владимир Шпаков

Рассказ

Москва провожала немецким акцентом, неразберихой в комнате и спешной редактурой прошения, адресованного в центральный архив. Москва имела короткие белые волосы, тоненькую фигуру, а еще - помогала собирать сумку, пока я исправлял (подвергал цензуре?) адресованные архивным крысам пассажи: "вы не иметь прав не пускать" и "вы идти поперек договор наш канцлер и ваш президент".

- Во-первых, не "поперек", а "против". Во-вторых, слишком нахально. Ну кто ты такая, чтобы говорить с ними в таком тоне? Предлагаю обтекаемую формулировку: "Прошу учесть последние договоренности между нашими странами". Ничего?

- Ничего, ничего! И ошибки исправь, я все время делать ошибки! Это твоя куртка? Или Джорджа? Наверное, твоя, у Джорджа куртка - модная.

- У меня тоже модная! - огрызался я. - Просто у нас разные моды!

- Разные, разные! - соглашалась Сильвия. - Ну как, все посмотрел? Извини, но здесь просто никто не может помогать!

- А Богданчик?! - вопрошал я. - Я наверняка не успею, так что придется его просить.

Сильвия вздыхала, закатывала глаза к небу и говорила, что Богданчик говорит по-русски неправильно.

- С точки зрения жителя Баварии твой гамбургский диалект - тоже неправильный. Просто Богданчик говорит на мове, то есть на украинском языке.

Странная это была поездка в Москву, как и все поездки последнего времени. Сильвия, Богданчик, а еще Патрик, Андреа, Франсуа и я, приблудный северянин, - такой коктейль могла переварить только железная утроба столицы! Далее вспоминались неудачные эпизоды моего десанта, и Москва мысленно посылалась к черту.

- А это что такое?!

- Это - образцы московской клеенки. Кстати: мой знакомый коммерсант будет продавать ее немцам! У вас что - клеенки нет?!

- У нас все есть. Просто вы делать демпинг, ну такой русский бизнес. Так, клеенка я положила. А водка положить? У нас много водка, я тебе положу, хорошо?

Потом забежал Патрик с бутылкой "Гиннеса" и, прихлебывая, возбужденно заговорил, что в Москве, дескать, назревают серьезные события: TV передало о кризисе в правительстве! Затем Андреа вернулась из театра на Малой Бронной и, дымя сигаретой, взялась развенчивать режиссерскую концепцию. В финале же завалился Богданчик с гитарой, запев приятным и сильным баритоном одну из тех песен, от которых сердце трепещет, а душа - волнуется. Мол, "козака несуть, и коня ведуть", а "дивчина", как и положено, страдает. Сильвия и Андреа моментально оцепенели, с восхищением глядя на высокого черноглазого брюнета, чертами лица похожего на актера Миколайчука из фильма "Тени забытых предков", а голосом - на Георга Отса. Бросив собирать сумку, Сильвия подсела к певцу, тот ее обнял, поэтому последний куплет пришлось исполнять а капелла.

- Очень красиво! - Сильвия вздыхала. - Но совсем-совсем непонятно!

- Що ж тут нэ розумиты?! - пожимал плечами украинский Ален Делон. Дивчина - это ты! А казак - это я!

Богданчик с легкостью переходил на русский, когда требовалось, но мова была пикантной приправой к внешности и голосу, а если приправа есть - зачем предлагать пресное блюдо? "Лишь бы национального вопроса не поднимал", думал я, застегивая молнию на сумке. К счастью, раздался телефонный звонок пришло такси.

До выхода провожала Сильвия, говоря по дороге, мол, через три дня должна приехать мама, она давно хочет посмотреть Москву, а Богданчик послезавтра вернется в Киев, и потому Сильвия немного несчастная. Летом же она была сильно несчастная, потому что очень любила Бориса, но тот оказался женатый, с ребенком, и, хотя с женой в разводе, прервал отношения. Почему прервал? Решил посвятить жизнь больному ребенку.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора

Похожие книги

Охотник
19.4К 140