Баллада о зонтике в клеточку

Тема

---------------------------------------------

Угрюмова Виктория

Виктория Угрюмова

- Чуден Днепр при тихой погоде... Прав был Николай Васильевич, положительно прав. Вы не находите? - говоривший обернулся к стоящему рядом гражданину и всем телом изобразил активный интерес.

Разговор сей, а вернее, монолог происходил вечером, на набережной Днепра, в точке, находящейся ровно посредине между станцией метро и колонной Магдебургского права. Сгущались рыхлые и неуютные, словно скисшее молоко, сумерки; и машины, несущиеся здесь с ошеломительной скоростью, уже включали фары; а вот фонари еще не горели, и потому силуэты людей выглядели размытыми и не совсем реальными. Тот, к кому был обращен вопрос, качнулся вперед и попытался рассмотреть своего визави. Этот процесс отнял у него несколько минут - за это время мы и успеем оговорить некоторые детали.

Во-первых, Днепр, конечно же был на своем месте - трудолюбиво струил воды, куда ему положено, но вот о тихой погоде приходилось только мечтать. Лил холодный дождь; дул, как водится в таких случаях, пронзительный ветер; отчего правота Николая Васильевича Гоголя в этот час представлялась сомнительной и совершенно гипотетической.

Во-вторых, из двух безумцев, решивших остановиться и подышать свежим воздухом в столь романтической обстановке, один был довольно сильно "под шофе", а второй - как бы это поделикатнее выразиться? немного прозрачным.

Третьей деталью был скромный и невероятно дорогой зонтик в мелкую клеточку с деревянной ручкой, принадлежащий подвыпившему господину.

- Вы находите? - изумился зонтиковладелец, слегка заикаясь. Вззможно... Только мокро очень. В такую погоду, дорогуша, хорошо умыкать невест из всяких там высоких башен. Как Лохинвар, - и он попытался придать своей щуплой фигуре госслужащего в предпенсионном возрасте несгибаемую мощь вальтерскоттовского героя. Только вместо мышц забугрилась жилами его сверкающая лысина. Выглядело несколько неубедительно.

- Тогда раскройте зонтик, - предложил прозрачный, ухмыляясь в воротник. Если бы было светлее, а его собеседник был в состоянии обращать внимание на мелочи, то воротник этот, украшенный, несомненно, камнями в золотой оправе - широкий и отложной - вызвал бы бурю вопросов. Однако второй был выше земных проблем, и смотрел поверх головы своего собеседника, вдаль, в пространства Вселенной.

- Раз уж Вы носите его с собой, пусть приносит практическую пользу.

- Никогда! - последовал гордый ответ. - Я сегодня бу-ушую.

- Что так? - спросил прозрачный, удобно облокачиваясь о мокрые каменные перила. - У Вас праздник?

- У меня горе, - торжественно ответил зонтиковладелец. - Я хороню труд своей жизни. И себя... Себя, конечно, сим-символически, поспешил добавить он. Затем потряс головой, близоруко прищурился. Послушайте, а Вам из-известно, что дождь капает сквозь Вас?

- Со мной это случается, - успокоил его прозрачный. - Знаете, как иногда бывает: сплошная полоса невезения в жизни, и даже дождь начинает вести себя по-свински - капает куда-то не туда.

- Т-точно, - кивнул его собеседник. - Нап-пример... Для примера нужно взять меня, друг мой. Видите ли, я эзотерик, если Вам это о чем-нибудь говорит.

- Говорит, говорит, - успокоил его прозрачный. Эзотериков он повидал на своем веку более, чем достаточно.

- Нет! стоп, - тут же переменил мнение зонтиковладелец. - На самом деле я политехник, потому что закончил Политехнический институт; но я не политехник в душе, а эзотерик... Я запутался? - с обезоруживающей откровенностью обратился он к прозрачному. - Я пьян, и Вы, голубчик, тоже пьяны. Не отпирайтесь - вон Вы как троитесь и просвечиваетесь.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке