Тайна голландской туфли (3 стр.)

Тема

— Мне нужен доктор Минхен. И как можно быстрее.

Человек почесал челюсть:

— Доктор Минхен? У вас назначена встреча?

— Да. Мне нужно видеть его, — повторил Эллери, — и побыстрее. — Порылся в карманах и извлек серебряную монетку. — Позовите-ка его. Я очень спешу.

— Я не беру чаевых, сэр, — с явным сожалением ответил служащий. — Как доложить доктору?

Эллери поморгал глазами и опустил монетку в карман.

— Эллери Квин. Так вы не берете чаевых? Как вас зовут? Харон?

Человек выглядел озадаченным.

— Нет, сэр. Айзек Кобб, сэр. — И он указал на металлический значок на своем пиджаке.

Эллери прошел в комнату для ожидания и устроился в кресле. Комната была пуста. Он машинально наморщил переносицу. Слабый запах дезинфекционных средств щекотал чувствительную мембрану его носа. Наконечник трости нетерпеливо постукивал об пол.

Высокий, спортивного телосложения человек ворвался в комнату:

— Эллери Квин, да это ты, разрази меня гром!

Эллери стремительно поднялся; они пожали друг другу руки.

— Что тебя привело сюда? Все разнюхиваешь?

— Как обычно, Джон. Очередной случай, — пробормотал Эллери. — Честно говоря, не люблю больниц. Они наводят на меня тоску. Но мне нужна информация.

— Рад помочь. — Манера говорить у доктора была резкая; под стать ей — проницательные синие глаза и быстрая улыбка. Схватив Эллери за локоть, он повлек приятеля к двери. — Но здесь нам нельзя говорить, старик. Пойдем в кабинет. Я всегда найду время поболтать с тобой. Наверное, несколько месяцев минуло с тех пор, как мы виделись...

Они прошли несколько шагов и повернули налево, войдя в длинный, блистающий чистотой коридор с чередой закрытых дверей. Запах дезинфекции усилился.

— Ах, тени Эскулапа! — вздохнул Эллери. — Этот ужасный запах на тебя что, совсем не действует? Бьюсь об заклад, я бы задохнулся после дня, проведенного здесь.

Доктор Минхен только усмехнулся. Они прошли мимо множества дверей до конца коридора и свернули в другой.

— И ты бы привык. Уж лучше вдыхать лизол, дихлорид ртути и спиртовые пары, чем бактерии, кишащие в людском месиве... А как дела, как инспектор?

— Так себе. — Взгляд Эллери затуманился. — Дурацкий случай... у меня на руках все, кроме одной небольшой детали... И если это так, как я предполагаю...

Они вновь пересекли холл, расположенный симметрично только что оставленному. На глухой стене была одна-единственная дверь, на которой значилось: «Галерея амфитеатра». Налево была дверь, на которой висела табличка «Доктор Люциус Даннинг, старший интерн». Чуть дальше на двери — «Комната ожидания», и, наконец, третья дверь, возле которой доктор Минхен остановился с улыбкой. На двери сияла металлическая табличка: «Доктор Джон Минхен, медицинский директор».

Комната была просторной и полупустой, над всем доминировал огромный стол. Несколько стеклянных медицинских шкафчиков, сиявших металлическими инструментами, разложенными на полках, стояли вдоль стен. Четыре стула, низкий широкий книжный стеллаж, уставленный тяжелыми томами, несколько стальных картотечных ящичков довершали обстановку.

— Снимай пальто, садись и выкладывай, что тебе нужно, — сказал Минхен, бросив свое тело на крутящийся стул и заложив за голову тяжелые руки с квадратными пальцами.

— Только один вопрос, — пробормотал Эллери, бросая пальто на спинку стула и медленными шагами направляясь вдоль комнаты. Он облокотился на стол, пристально вглядываясь в лицо Минхена. — Скажи, существуют ли какие-либо условия, определяющие интервал времени, в течение которого выносится медицинский вердикт «трупное окоченение», если смерть уже наступила?

— Существуют. А отчего умер пациент?

— От огнестрельного ранения...

— Возраст?

— Около сорока пяти, полагаю.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке