Жан Кальвин и некоторые проблемы швейцарской Реформации (2 стр.)

Тема

Такая "презумпция виновности" лишала данную литературу даже намека на объективность. В результате не только массовый читатель, но и специалисты вынуждены были иметь дело с многочисленными историческими и богословскими неточностями и даже прямыми извращениями.

В настоящее время сложилась такая ситуация, когда появились новые возможности не только для популяризации идей великого женевского реформатора, но и основательного их изучения, исследования творчества Кальвина с различных точек зрения. Это позволит дать более полную, а главное, более объективную картину периода становления нового общества. Надо, правда, заметить, что до сих пор литературное наследие Кальвина остается своеобразным "наследством" только западной цивилизации, ибо переводов его сочинений и публикаций исследований, посвященных ему и кальвинизму как вероучению в целом, на русском и других языках, кроме западных, прискорбно мало.

Основательное, целенаправленное исследование кальвинизма ведется с прошлого века. Первые работы неизбежно носили сравнительный характер. Некоторые авторы пытались определить те или иные черты, отличающие кальвинизм от других христианских направлений. Такими чертами назывались, например, дух демократии и стремление к свободе, порожденный будто бы свободолюбием швейцарцев. Иногда внимание акцентировалось на правовых сторонах движения, на его авторитарности и это увязывалось с юридическим образованием Кальвина или французским складом его ума. Порой главным в кальвинизме объявлялся лишь его разрыв со средневековой схоластикой, а Кальвин рассматривался лишь как передовой религиозный мыслитель либерального толка. Идеи Кальвина выводились при этом из его увлечения гуманизмом в годы учебы. Английский исследователь кальвинизма Вильям Хейсти в свое время назвал подобные предположения "скорее гипотезами мыслителей, плохо знакомых с сутью проблемы, чем научно обоснованными выводами, полученными на основании полного изучения имеющихся материалов". К тому же в подобной историографии вплоть до нынешнего века практически игнорировалась связь реформации в Швейцарии и социальными, экономическими, политическими и этническими процессами. В качестве примера, как это ни покажется неожиданным, можно назвать широко известную, ставшую практически классической работу Р. Ю. Виппера "Государство и церковь в Женеве в 16в." (1894), которая написана с использованием широкого круга источников и литературы, с применением ценных научных методов, но Реформация рассматривается в ней именно лишь в религиозно-догматическом и политическом планах. Таков же, по сути, биографический очерк Б.Д. Порозовской, подготовленный для знаменитой павленковской серии.

На марксистскую историографию большое влияние оказала точка зрения Ф. Энгельса. Во "Введении к английскому изданию "развития социализма от утопии к науке"" он писал о Кальвине : " Его догма отвечала требованиям самой смелой части тогдашней буржуазии. Его учение о предопределении было религиозным выражением того факта, что в мире торговли и конкуренции удача или банкротство зависят не от деятельности или искусства отдельных лиц, а от обстоятельств, от них зависящих. Определяет не воля или действие какого-либо отдельного человека, а милосердие могущественных неведомых экономических сил. И это было особенно верно во время экономического переворота, когда все старые торговые пути и торговые центры вытеснялись новыми, когда были открыты Америка и Индия, когда даже наиболее священный экономический символ веры - стоимость золота и серебра - пошатнулся и потерпел крушение"(114, с.308).

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке