Астронавты в лохмотьях (2 стр.)

Тема

Ну, чего ты ждешь? – На самом деле он был не в ладах с письмом и набирал бы сообщение битый час.

– Извини, Толлер. – Гурра навел солнечный зайчик на приближающийся дирижабль, и вскоре стеклянные пластинки мигалки застучали: писарь заработал клавишей.

От нетерпения Толлер приплясывал на месте, ожидая какой-нибудь реакции на посланное предупреждение, однако корабль, не подавая признаков жизни, упорно шел прежним курсом. Маракайн вновь взял подзорную трубу и с некоторым удивлением заметил на синей гондоле символы: перо и меч. Значит, корабль несет королевское послание, но с чего это король заинтересовался чуть ли не самой дальней из опытных станций магистра?

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем Толлер разглядел наконец на передней палубе какую-то суету, и через несколько секунд из левого борта гондолы выскочили облачка серого дыма: залп боковых движительных труб. Внезапно по баллону воздушного корабля пробежала рябь, и, забирая вправо, все сооружение заметно накренилось. Но корабль стал быстро терять высоту, он уже зацепил облако и время от времени пропадал из виду в клочьях тумана. Вопль ужаса, приглушенный расстоянием и ветром, достиг притихших зрителей, и кое-кто на берегу непроизвольно поежился.

Толлеру тоже стало не по себе: похоже, на борту дирижабля кто-то достался птерте. Много раз в кошмарных снах Толлер видел, как это случается с ним; и самым страшным была даже не смерть, а сознание своей полной обреченности и беспомощности, охватывающее человека, стоит ему угодить в радиус поражения птерты. При встрече с разбойником или диким зверем ты еще можешь оказать сопротивление, пусть и безнадежное, но если к тебе приблизились алчно подрагивающие лиловые шары, сделать уже нельзя ничего.

– Что здесь происходит? – У входа в контору возник Ворндал Сисст, начальник станции – средних лет мужичок с круглой лысеющей головой и горделивой осанкой человека, чей рост ниже среднего. На его загорелом лице с правильными чертами отражалось раздражение с примесью тревоги.

Толлер ткнул пальцем в снижающийся дирижабль.

– Какой-то идиот забрался в наше захолустье, чтобы совершить самоубийство.

– Мы послали предупреждение?

– Да, но, похоже, слишком поздно, – ответил Толлер. – Минуту назад он угодил в самую птерту.

– Кошмар! – дрогнувшим голосом произнес Сисст и прижал ко лбу тыльную сторону кисти. – Я прикажу, чтобы поднимали экраны.

– Это лишнее – облака высоко, а через открытое пространство среди бела дня шары не нападут.

– Я не собираюсь рисковать. Кто знает… – Тут Сисст сообразил, что Толлер слишком много на себя берет, и набросился на него, вымещая на подчиненном свой гнев и страх. – С каких это пор ты здесь командуешь? Ведь это как будто моя станция. Или, – ядовито предположил он, – магистр Гло тебя тайно повысил?

– Рядом с вами никого не требуется повышать, – огрызнулся Толлер, не сводя глаз с воздушного корабля, который уже опускался на берег.

У Сисста отвисла челюсть и сузились глаза: он раздумывал, к чему относилась эта характеристика – к его умственным способностям или физическим данным.

– Это дерзость, – наконец решил он. – Дерзость и нарушение субординации, и я позабочусь, чтобы кое-кто об этом узнал.

– Да не скули ты, – бросил Толлер через плечо и побежал вниз по пологому склону, туда, где собралась, чтобы помочь посадке, группа рабочих. Многочисленные якоря дирижабля пропахали полосу прибоя и вгрызлись в песок, оставляя на белой поверхности темные борозды. Люди ухватились за веревки и повисли на них, удерживая корабль при шальных порывах ветра, словно норовистое животное.

Наконец Толлер увидел капитана: перегнувшись через перила, тот руководил операцией.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке