Волчья верность (2 стр.)

Тема

Он всегда был чем-нибудь занят – это нормальное состояние любого разумного существа. Поправка: любого разумного существа, осознающего себя разумным. Редкий вид, если судить по поведению окружающих.

Последние несколько дней Тир был занят тем, что переосмысливал свои взгляды на Лонгвийца. Он по-прежнему терпеть его не мог, но обстоятельства вынуждали признать, что он его еще и недооценивал.

Обстоятельствами был уничтоженный – в буквальном смысле уничтоженный, даже руин не осталось, – вольный город Фрейстин.

Слухи о количестве погибших разнились – от тысячи убитых до всего населения поголовно. Достоверную информацию Тир получил совсем недавно, сведения принес Клендерт, верный и всеведущий куратор старогвардейцев. Интересы Старой Гвардии вроде бы не распространялись на судьбы уничтоженных городов, но до набега на Фрейстин считалось, что эти интересы и на заокеанские дела не распространяются, а оно вон как повернулось. Так что Клендерт, не задавая лишних вопросов, выяснил все, что требовалось.

Молодец.

Теперь Тир знал: Лонгвиец убил тысячу тридцать человек.

Примерно за полчаса.

Вот это размах! Есть чему поучиться. Непонятно только, зачем все эти убийства.

– Напряженная работа мысли, – усмехнулся Эрик, в кои-то веки появившийся на поле и даже отлетавший со Старой Гвардией несколько часов. – Суслик, ты судьбу империи решаешь или креститься надумал? О чем размышляешь весь день?

– Неделю уже, – моментально накляузничал Шаграт.

– А Хильда сказала, что четыре дня. – Эрик поглядел на Шаграта: – Кто-то из вас ошибается.

– Где четыре, там и семь, – пробормотал Шаграт и тихо сдулся.

– Не понимаю, зачем он их поубивал, – сказал Тир. – Какая от этого польза?

– И над этим ты думаешь уже почти неделю?!

– Четыре дня.

– Где четыре, там и… кхм… – Эрик грозно огляделся в поисках Шаграта. – Оно того стоит?

– Да.

– Ладно, тогда объясню, а то изведешься. Лонгвиец – шефанго, шефанго очень любят убивать, вот он и убил всех, кто дал ему повод. Для удовольствия. Исключительно для собственного удовольствия. И еще кое-что тебе может быть интересно: он закрыл доступ к месторождению. Для всех закрыл, включая самого себя. Знаешь зачем?

– Для удовольствия? – безнадежно предположил Тир.

– Верно.

– Не понимаю.

– Он живет там, поблизости. И не хочет, чтобы его беспокоили. За столько лет ему осточертело копошение людей на куче золота. Суслик, неужели Лонгвиец заинтересовал тебя только потому, что убил тысячу человек за полчаса?

– Только поэтому. Да. В нем не было ничего интересного. Или не было ничего интересного для меня. – Тир пожал плечами. – Это одно и то же. А что, вы тоже думаете, что Лонгвиец особенный?

– Загляни вечером в библиотеку, я прикажу отложить для тебя кое-что забавное.

Это действительно было забавно. Красочно оформленная брошюра, отпечатанная на дорогой бумаге. Журнал «Высший свет», тираж тридцать экземпляров. И скромное предисловие вместо колонки редактора:

«Высший свет» – закрытый журнал, издаваемый Его Королевским Величеством Реннарексом VI, милостью Божьей, королем Ниторэй.

В журнале была одна-единственная статья. Которую Эрик – видимо, не особо надеясь на сообразительность Тира, – еще и отчеркнул, мол, вот это читай, Суслик, а больше ничего не читай. С учетом того, что больше ничего и не было, предупредительность его величества Тиру сильно польстила.

Статью он прочел. Проглотил.

Но не отложил журнал, как поступал обычно, увидев и запомнив текст, а остался сидеть в кресле под пригашенной лампой, медленно перелистывая жалкие три странички.

ИМПЕРИЯ ТРАДИЦИЙ, ИЛИ ИМПЕРИЯ ЛИЧНОСТЕЙ

На Ямы Собаки в мире существуют два совершенно разных взгляда. Первый взгляд был сформирован в Оренском университете (Ниторэй).

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке