Теория психосемиозиса и древняя антропокосмология (4 стр.)

Тема

Можно сказать, что теория психосемиозиса - это инструмент осознания духовной культурой всего накопленного в ней антропокосмологического опыта, психологическое учение и специальная методология познания, ведущая к развитию и прогрессивному накоплению знаний о космической сущности человека.

Глава 1

1. ЭННЕАГРАММА И НЕОПЛАТОНИЗМ

Основателем неоплатонизма исследователи считают Плотина (204-270) или его учителя Аммония Саккаса, о котором мало что известно. Были и предтечи этого учения. Например, одной из ярких фигур, повлиявших на возникновение неоплатонизма, является стоик Посидоний Апамейский (ок. 135-50).

Нельзя сказать, что неоплатонизм был только философией. От неопифагорейцев неоплатоники перенимают специфическую аскетическую и очистительную, "катартическую", практику, идущую от основанного Пифагором в конце 6 в. в Кротоне мистического и религиозно-философского эзотерического братства. Были неоплатоники, занимавшиеся алхимией, астрологией, теургией, мантикой и т. д.

После закрытия платоновской Академии, последним схолархом которой был неоплатоник Дамаский (ок. 460-538), начинается новая полоса существования неоплатонизма. Известно, что он был ассимилирован арабо-мусульманской культурой и вошел в учение суфиев, был воспринят многими ортодоксальными и неортодоксальными христианскими мистиками и философами. Можно сказать, что неоплатонизм как бы "надевал одежды" соответствующих религиозных учений, не теряя при этом своей сущности. Достаточно автономное существование неоплатонизм приобрел в астрологии и алхимии, распространившихся в средневековье как в мусульманском, так и в христианском мире. Но в этих учениях он понимался большей частью в ограниченном, "прикладном" смысле. Среди "еретических" направлений, питавшихся идеями неоплатонизма, можно назвать следующие: позднее манихейство, павликиане, тондракийцы, альбигойцы, катары, розенкрейцеры и т. д.

Неоплатонизм в учении об эннеаграмме, обнародованном в начале нашего века Г. И. Гюрджиевым и составлявшем основу его собственного учения, представлен в достаточно независимой от религиозно-идеологических наслоений форме, с крайне небольшим вкраплением христианских мифологем. Однако исследование этого учения с целью определения его неоплатонической сути является не простым делом. За долгие годы развития, находившиеся вне поля зрения исследователей, первичные неоплатонические положения, естественно, претерпели значительные изменения. Гюрджиев, независимо от того, в какой форме он сам познакомился с учением об эннеаграмме, стремился максимально адаптировать его к уровню образованности своих учеников. Его интересовала практическая сторона дела, а не исследования философских корней данного учения. Кроме того, трудности вызывает и то, что с учением об эннеаграмме приходится знакомиться по большей части не из собственных работ Гюрджиева, весьма туманных в этом вопросе, а из работ его учеников, главным образом, П. Д. Успенского.

Что касается Успенского, то и он говорил о сложности систематизации того материала, с которым ему довелось познакомиться на лекциях Гюрджиева. Как правило, последний на каждой лекции излагал этот материал небольшими фрагментами, с разных позиций и порой в разной форме. Чтобы составить целостную концептуальную картину учения об эннеаграмме, надо было, имея под рукой всю изложенную в курсе лекций информацию, проделать основательную систематизаторскую работу, что ни для одного из его слушателей не было реальным.

На еще одну трудность постижения сути этого учения указывал сам Гюрджиев. Причем она касается любого эзотерического учения.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке