Цепные псы церкви. Инквизиция на службе Ватикана

Аннотация: Эта книга рассказывает об инквизиции в прошлом и в наши дни. Майкл Бейджент и Ричард Ли убедительно демонстрируют, какими «иезуитскими» способами католическая церковь распространяла свое влияние, жестко контролируя сакральную информацию и беззастенчиво манипулируя идеями, которые угрожали основам ее деятельности. Она всегда настойчиво требовала беспрекословного послушания от своих прихожан, используя широкий набор средств воздействия – от анафемы и Индекса запрещенных книг до откровенного насилия и махинаций со священными реликвиями. Методология запугивания и контроля, отточенная «цепными псами Ватикана», оказалась так эффективна, что в свое время ее охотно взяли на вооружение гестапо и НКВД.

В фокусе интереса авторов – борьба инквизиции с катарской ересью и тамплиерами, масонством и розенкрейцерами, иудаизмом и исламом. По мнению исследователей, инквизиция и родственные ей организации, «ватиканские секретные спецслужбы», представляющие значительную силу в западном мире, до сих пор активно используются церковью в борьбе за мировое господство – как духовное, так и политическое.

---------------------------------------------

Майкл Бейджент, Ричард Ли

Цепные псы церкви

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Минуло пятнадцатое столетие, и Иисус вернулся. Он появился в Испании, на улицах Севильи. О Его приходе не возвещали ни фанфары, ни хоры ангелов, ни сверхъестественные чудеса, ни удивительные явления в небе. Нет, Он явился «тихо» и «незаметно». И, однако, прохожие быстро узнали Его, неодолимо устремились к Нему, окружили его, последовали за Ним. Он смиренно шел среди них с тихой улыбкой «бесконечного сострадания», простирал к ним руки, благословлял их, и чудесным образом прозрел старик из толпы, слепой с детских лет. Народ плакал и целовал землю у Его ног, а дети бросали перед Ним цветы, пели и возглашали Ему осанну. Он остановился на паперти собора, в который с плачем вносили детский открытый белый гробик. В нем, вся в цветах, лежала семилетняя девочка, единственная дочь одного знатного горожанина. Подстрекаемая толпой, безутешная мать обратилась к Пришельцу и стала умолять Его воскресить ее мертвое дитя. Процессия остановилась, гробик опустился на паперть к Его ногам. «Девочка, встань!» – тихо произнес Он, и девочка тотчас села и посмотрела, улыбаясь, вокруг удивленными раскрытыми глазами, все еще держа в руках букет белых роз, с которым она лежала в гробу.

Это чудо наблюдал проходивший мимо собора со своей стражей сам кардинал великий инквизитор – «девяностолетний почти старик, высокий и прямой, с иссохшим лицом, со впалыми глазами, но из которых еще светился, как огненная искорка, блеск». Столь велик был ужас, который он внушал народу, что, несмотря на столь исключительные обстоятельства, толпа немедленно раздвинулась перед стражами, когда те, выполняя молчаливый приказ старого прелата, среди вдруг наступившего гробового молчания наложили на Пришельца руки и увели Его в тюрьму.

Таково начало «Притчи о великом инквизиторе» Ф. М. Достоевского, более или менее самостоятельного двадцатипятистраничного повествования, включенного в более чем 800 страниц романа «Братья Карамазовы», впервые опубликованного в виде отдельных частей в московском журнале в 1879-1880 годах. Истинный смысл притчи раскрывается в том, что следует за драматической прелюдией. Ибо читатель, разумеется, ожидает, что великий инквизитор должным образом ужаснется, когда выяснит подлинную личность своего нового пленника. Этого-то, однако, и не происходит. Когда великий инквизитор приходит в темницу к Иисусу, становится ясно, что он даже слишком хорошо знает, кто его узник, но это знание не останавливает его.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке