Книгоходцы на практике (СИ) (43 стр.)

— И как тебе? — вкрадчиво спросил «пупсик», когда я закончила сканировать его и встретилась взглядом с холодными зелеными глазами.

— Средней паршивости, — честно ответила я.

— Что?! — поперхнулся он вдохом, а Рив прыснул от смеха, но тут же поднес к губам кулак и сделал вид, будто закашлялся.

— А тебе? — невозмутимо спросила я и подняла одну бровь. Ну а чего? Он «тыкает», значит и мне можно. Вот князь с княгиней, несмотря на нашу разницу в возрасте и положении, ни разу не обратились ко мне на «ты».

— Отвратительно, — глумливо растянул он губы в улыбке. — Я разочарован выбором Лиса.

— Леладис! — снова одернул старшего отпрыска лорд Клайтон. — Кира, не обращайте внимания.

— А я и не обращаю, — фыркнула, не отводя взгляда от надменного ушастого красавчика. — Я ведь тоже разочарована тем, что вижу. Впрочем, это неважно. Ни Леладис, ни я не являемся эталонами красоты и грации, чтобы нравиться всем без исключения.

Судя по недовольству, промелькнувшему в глазах старшего княжича, он-то как раз считал себя эталоном. И был уверен, что уж он, без сомнения, нравится всем.

— Ладис, — вмешался Рив, подошел ко мне и обнял за плечи. — Кира моя будущая невеста. Следи за своим поведением. К тому же она ведьма. А ведьмы — народ мстительный и злопамятный, так что ты бы поосторожнее со словами.

В общем, мы со старшим братом Рива взаимно невзлюбили друг друга с первой минуты знакомства.

Приятель потом долго извинялся за родственника, просил не обижаться и не расстраиваться. Даже княгиня сочла нужным заглянуть ко мне в комнату и узнать, сильно ли я расстроена из-за хамского поведения ее старшего сына. Я всем отвечала, что мне это безразлично. Что, в общем-то, являлось истинной правдой. Леладис вел себя как типичный эльф из типичного фэнтези романа: надменный высокомерный расист, считающий, что представители его народа — это высшая раса. Даже ностальгией повеяло. А то все остальные ушастики были, на мой взгляд, какими-то неправильными, что вызывало у меня первое время пребывания в школе когнитивный диссонанс. И вдруг такой экземпляр для наблюдений и опытов! Это же сказочная удача! Так что я хитро улыбалась и мысленно потирала лапки.

Ну, держись, «пупсик»! Ведьма вышла на тропу войны. И ты сам в этом виноват.

Следующую неделю я всячески изводила брата Рива. Невинно, без последствий, но неприятно. То крохотные пятачки пола под его сапогами вдруг покрывались тонкой ледяной корочкой, отчего эта ушастая зараза теряла равновесие и чуть ли не падала, а лед мгновенно исчезал. То чай в его кружке остывал подозрительно быстро, а вино в бокале отчего-то нагревалось почти до кипятка. То из-под салатных листиков вдруг начинали выглядывать усики иллюзорного таракана. На одно дело пришлось призвать на помощь Рива, так как одна я бы не справилась. Мы пробрались в комнату лорда Леладиса, вооружившись нитками с иголками. Через полчаса одна его рубашка и одни брюки были на два размера меньше. Остальные вещи трогать не стали, а то ведь вычислят. Старший княжич бесился, но поймать меня за руку и доказать, что это мои проделки, не мог. Ривалис был нем как могила, а их родители заняли позицию невмешательства. Только с интересом наблюдали за происходящим. В свое оправдание могу сказать, что я не начинала первой. Карательные акции следовали лишь после его очередных резких слов или презрительных взглядов, которыми он меня одаривал.

Апофеозом нашей войны явилась сваренная крошечная порция эликсира из собственноручно набранных мной трав. Пришлось ради этого потратить часы драгоценного ночного сна, прячась на кухне, пока Рив стоял на карауле. Хабарка изумрудная тоже росла в Светлом лесу. Травница ее не собирала, но то — она. А я-то хорошо знала особенности этого милого растения и, разумеется, не смогла пройти мимо. Малую дозу своего варева я накапала за ужином в вино недруга и еще немножко добавила в его шампунь, прокравшись под прикрытием Рива в его покои.

Ух, как же лорд Леладис Клайтон орал утром! Мы с Ривом выглянули в коридор и с непроницаемыми лицами слушали его вопли. А когда он примчался к нам на разборки, то вытаращились на его нежно-зеленые волосы с самым что ни на есть изумленным видом.

— Это все ты! — рявкнул разъяренный эльф, ткнув в меня пальцем.

— Что именно «я»? — уточнила, осмотрев себя с ног до головы.

— Это твоя работа! — передо мной потрясли зеленой прядью волос.

— Разве? — Я невинно захлопала ресницами.

Ривалис подмигнул мне и ретировался в свою спальню, оставив дверь приоткрытой, дабы слышать наши голоса. На шум прибежали слуги, в том числе моя горничная, так что Леладис, злобно зыркнув на них, втолкнул меня в мою комнату и захлопнул дверь.

— Ты играешь с огнем, девочка! — прошипел он, наступая на меня.

— М-м? — закатила я глаза, будто размышляя над его словами, после чего улыбнулась и выдала ответ: — Нет. Определенно, огонь не моя стихия.

Брат Рива окончательно взбесился, метнулся ко мне и протянул руку со скрюченными пальцами к моей шее.

— Мама! — пискнула я и закрылась руками. Допрыгалась!

А потом поняла, что тоже разозлилась. Опустила руки, вздернула голову и пошла в атаку сама. В конце концов, лучшая защита — это нападение. Ну не убьет же он меня, максимум поколотит или попытается шею свернуть. Но я… Я защищаться буду. Вот!

— Только тронь и до самой смерти будешь писаться в постель, а в твоей жизни наступит вечное полшестого! — Я многозначительно взглянула на ширинку его брюк. — И поверь, ни один маг не снимет ведьминого проклятия!

— Деточка, ты мне угрожаешь? — опешил старший отпрыск князя Клайтона.

— Я предупреждаю! Леладис, у тебя ведь много врагов, с таким-то характером. Я права? — Он высокомерно кивнул, и я продолжила: — И наверняка среди них есть женщины… Так вот мой тебе совет, опасайся именно их. Оскорбленная женщина пойдет на все, чтобы отомстить. Ее не сдержат ни моральные терзания, ни угрызения совести, ни мнимые условности и приличия. Это у вас, мужчин, существует кодекс чести или что-то в этом роде. А женщина, которую уязвили по-настоящему, не остановится ни перед чем, чтобы уничтожить врага.

Протянутая к моему горлу конечность медленно опустилась.

— И ты такая же? — спросил он, наконец.

— А я еще хуже, Леладис, — сложила я руки на груди и уставилась в злющие зеленые глаза: — Я из другого мира, технического, в котором царят совершенно отличные от ваших законы, выросла с совсем иной моралью. И я ведьма, брат же тебя предупредил. Сейчас меня останавливает только то, что ты брат Рива и сын лорда и леди Клайтонов.

Я несла сущий бред, но в тот момент сама в него верила, так страшно мне было.

— Сколько ты хочешь, чтобы убрать это? — продемонстрировал мне салатовую прядь волос эльф и, словно невзначай, провел рукой в области паха, намекая на выпитое за ужином вино с добавками.

— Все зависит от того, неприятели мы или нет. Из меня может выйти хороший друг, партнер или союзник. Или очень неудобный враг. Тебе решать, так как именно ты оскорбил меня и начал эту войну.

Внутренне я тряслась от страха, поскольку не ожидала, что все перейдет в такой открытый конфликт. Но раз так вышло, то, что уж теперь. Буду биться до последнего и попытаюсь пойти на мировую, если только это кошмарное чудище согласится. Рив — предатель! Бросил меня одну, а я боюсь его брата!

— Стерва! — выдал мне в ответ этот ушастый зеленоволосый пупс.

— С кем поведешься, — внешне невозмутимо пожала я плечами. — Рив считает меня очаровательной, доброй и милой. Потому что с ним я именно такая.

В комнате повисла напряженная тишина. Я старалась сдержать нервную дрожь в коленках, а лорд Леладис изволил гневаться.

— Хорошо! Предпочитаю иметь тебя в союзниках, — сообщил он после раздумий. — Кира, приношу извинения за резкие слова. Я вел себя недостойно.

Он церемонно склонил голову.

— Принимаю. Больше я не стану тебе мстить и закреплять результат этого… — махнула рукой в его сторону. — Так что сойдет через два — три дня. И если уж мы становимся союзниками, обращайся за зельями или оберегами. Я многое умею из того, чего не дано магам, можешь поспрашивать у младшего брата.

Мы чопорно раскланялись, княжич ушел, а я обессиленно опустилась на пол у кровати. Фух! Чуть не описалась от ужаса. Жуть какая-то! Думала, он меня поколотит, так смотрел. Я, конечно, сражалась бы, не постеснялась бы и в зубы дать, и магию применить, но все равно ведь боязно.

Через минуту в дверь поскреблись, и в комнату просочился Ривалис.

— Предатель! — жалобно произнесла я и хлюпнула носом. — Бросил меня.

Однокурсник бросился ко мне, уселся на полу рядом и уставился с восхищением:

— Ну ты даешь! Я все подслушал! Стоял наготове, чтобы, если что, вмешаться и заступиться за тебя. Кирюш, ты страшная женщина! Так разговаривать с Леладисом!

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке