Спасение Принцессы (2 стр.)

Тема

Ему было лет тридцать восемь. Хороший костюм. Пальто не было. Серые глаза. Светлые, чуть редеющие волосы. У него была еще такая забавная манера улыбаться, опустив уголки губ. У меня вдруг по спине пробежал холодок. Я понял, что этот субъект может быть опасным. Я широко улыбнулся ему и спросил:

— Чем могу быть полезен?

— Я хотел бы поговорить с вами с глазу на глаз, мистер Гарвин, — ответил он. — Меня зовут Фитч.

Говорил он с легким ирландским акцентом — и еще с такими интонациями, которые появляются у того, кто какое-то время жил в Америке. Я решил запомнить этот акцент — вдруг когда-нибудь пригодится. Я могу изобразить много разных вариантов английского — от стандарта Би-би-си до выговора уроженцев Нэшвилла, штат Теннеси. Порой это очень помогает в деле, но обычно я говорю на кокни. Потому как это мой родной выговор. С младых, как говорят, ногтей.

— Тогда прошу в гостиную, — говорю я Фитчу.

Я попросил Дорис закрыть пивную, а мы с Фитчем уединились в задней части бара. Когда я купил «Мельницу», то оборудовал в ней очень миленькую квартирку. Внизу кухня, офис, гостиная, а наверху две спальни с ванными и туалетными комнатами. Вторая спальня нужна, потому как иногда у меня гостит Принцесса.

Я не стал задавать Фитчу вопрос, в чем дело, потому как с первого взгляда понял, что он не торгует открывалками или страховыми полисами. И я не ошибся. Не успел я закрыть дверь гостиной, как он наставил на меня «магнум» калибра 0, 44.

Я остался стоять, как стоял, только заметил:

— Носить такие игрушки опасно для здоровья.

— Давайте присядем, — отозвался тот как ни в чем не бывало. — А пушку я показал так, на всякий пожарный, чтобы вы не нервничали, когда я объясню вам что к чему, Гарвин.

Я выбрал стул с прямой спинкой, потому как из него выбираться куда проще, чем из кресла. Фитч сделал то же самое. Он держался уверенно, но не самоуверенно. И не чувствовал себя королем только оттого, что у него в руке была пушка. Короче, это был профессионал, а пушка была его обычным рабочим инструментом. Я сразу решил, что он опасен, но теперь накинул ему еще пару очков.

Опасный опасному рознь. Бывают опасные слизняки, и бывают опасные бойцы. Фитч был из последних. Отними у него пушку, он не поднимет лапки кверху. Переломай ему руки, он вцепится в тебя зубами. Такие попадаются не часто, и мне выпала честь лицезреть как раз такого молодца.

— Я работаю на Роделя, — сказал боец негромко, чуть шепелявя. — Он послал меня за вами.

На это я только рассмеялся и сказал:

— Серьезно? Говоришь, Родель послал? Ну, значит, ты, парень, первый, кто нашел дорогу назад из ада.

— Родель не умер, — возразил Фитч. — Во всяком случае, половина туловища у него действует. Хотя, говорят, грохнулся он тогда сильно.

Тут я призадумался. Фитчу, в общем-то, не было резона врать. А если он говорит правду и Родель жив, то мне не было резона радоваться. Я много повидал разных мерзавцев, но Родель среди них занимал почетное место: торговал живым товаром, продавал девиц в Южную Америку, в Саудовскую Аравию и вообще куда угодно, лишь бы хорошо платили.

Не думайте, что это все кануло в прошлое вместе с немым кино. Ремесло процветает вовсю. И прежде чем сделать из девушки проститутку для борделя, мастера-укротители проделывают с ними такое, отчего Калигула бы сблевал.

За три года до того, как мы с Модести завязали, у нас вышел конфликт с Роделем. Он заграбастал девицу, которая работала на Сеть курьером — возила контрабандой бриллианты. Принцесса ненавидела Роделя и только и выжидала удобного случая, чтобы с ним поквитаться. Девочку мы вернули, и Модести решила, что настало время успокоить Роделя. Можете называть это убийством. А можете — основательной обработкой.

Я слышал, что некоторые называли Модести Блейз хладнокровной убийцей. Она руководила, может, и не самой хитроумной организацией за всю историю преступности, но уж, без сомнения, самой разборчивой в средствах. Порой мне казалось, что мы тратим куда больше времени на борьбу с грязными шайками, чем на получение прибыли. Помню, мы как-то отказались от крайне выгодного дельца лишь потому, что никак нельзя было провернуть его, не повредив здоровью парочке легавых. Конечно, Принцессе случалось отправлять на тот свет людей, но чаще всего это были такие сволочи, от гибели которых становилось легче дышать всем без исключения. Родель был из их числа.

Наши пути-дорожки скрестились за три года до того, как Принцесса отошла от дел. Мы отправились в Стамбул, чтобы угомонить его, — я и Принцесса. В таких случаях она не любила посылать других. Родель оказался малый не промах, и все кончилось небольшим сражением в помещении склада. Мы с одной стороны, и Родель с полудюжиной своих парней — с другой. Я лично всадил нож в Роделя с тридцати шагов, когда он вовсю стрелял по нам из пистолета. Он покатился по лестнице и с высоты пятьдесят футов грохнулся на бетонный пол. Мы решили, что его песенка спета, и благополучно убыли в Танжер.

Шайка Роделя разбежалась, и на этом была поставлена точка. Но теперь вот напротив меня сидел Фитч и уверял, что Родель жив. Причем он знал о том самом падении. Он сидел и выжидательно смотрел на меня. Глаза у него были серые, и взгляд какой-то поверхностный, без глубины.

— Да, грохнулся он тогда здорово, — сказал я. — Если он мертв только наполовину, ему сильно повезло.

— У него теперь вся нижняя половина парализована, — уточнил Фитч. — Потому-то он так и жаждет повидаться с тобой, приятель. — Фитч снова криво улыбнулся. — Он все эти годы ни о чем другом и не думал.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке