Испытание любви

Тема

Бейли Уингейт проснулась в слезах. Опять.

Ее начинало это раздражать, потому что причин для слез не было никаких. Если бы она чувствовала себя несчастной, одинокой или на худой конец носила траур, слезы во сне были бы объяснимы. А так ее единственной проблемой был страх.

Ну не то чтобы настоящий панический страх. Просто некая бессознательная тревога, смутное беспокойство, накрывавшее Бейли, когда ей приходилось общаться с пасынком и падчерицей, Сетом и Тамзин. К счастью, такое случалось нечасто, примерно раз в месяц, когда надо было подписывать чеки, по которым дети покойного мужа получали деньги с оставленных отцом фондов. Еще пасынок и падчерица являлись в тех случаях, когда успевали промотать деньги раньше срока, и принимались клянчить, а иной раз и требовать дополнительные деньги. О, они никогда не упускали случая дать Бейли понять, какая она бездушная и жадная сучка!

Сет особенно преуспел в издевках, всякий раз умудряясь больно уколоть и унизить. Впрочем, с его прямой, неприкрытой злобой было проще иметь дело, нежели с тихой, затаенной ненавистью, тлевшей в глазах Тамзин.

Именно на сегодня у этой парочки выпадал «день получения деньжат», поэтому Бейли нервозно ждала сначала предупреждающих звонков, а затем и визитов. Вот уж потеха ее ждет! Тамзин любила мучить мачеху морально, выискивая для этого методы почище оскорблений, используемых Сетом. Наверняка и на этот раз придумает какую-нибудь пакость, например, притащит двух своих малолетних отпрысков, которые будут вопить, плеваться и драться, вызывая у свидетелей такого поведения единственное желание – бежать без оглядки. Эти избалованные создания, всюду выяснявшие отношения, любили также пинать ногами тех, кто оказывался поблизости. Маленькие наглецы знали, что ответной оплеухи им не отвесят.

– Господи, телохранителей, что ли, нанять? – простонала Бейли при мысли о детях Тамзин. Она отбросила одеяло и выбралась из постели.

Впрочем, уже минуту спустя она напомнила себе, что ей, в сущности, грех жаловаться на судьбу. И тем более плакать во сне. Она прекрасно знала, что за детей воспитал Джеймс Уингейт, когда соглашалась стать его женой. И про завещание покойного мужа ей тоже было известно. Разумеется, Сет и Тамзин не могли иначе отреагировать на последнюю волю отца сделать Бейли их опекуном и распорядительницей всего состояния. Джеймс сознательно лишил детишек возможности швыряться деньгами направо и налево, справедливо полагая, что в руках Бейли состояние будет сохраннее. А она, Бейли, согласилась с его решением, зная, что скоро, увы, овдовеет. Но, даже находясь в могиле, Джеймс щедро оплачивал жене необходимость иметь дело с Сетом и Тамзин. Бейли жила в невероятной роскоши.

Пройдя в огромную ванную, отделанную с шиком, Бейли глянула в зеркало. Не сделать это было достаточно проблематично – зеркало тянулось от самого пола и упиралось в потолок. Всякий раз, глядя на свое отражение, Бейли удивлялась несовпадению собственной внешности и внутреннего содержания.

Деньги мужа сильно изменили ее, причем именно внешне. Тело стало подтянутым и загорелым благодаря усилиям личного тренера и солярия. Услуги этого тренера стоили немалых денег, но и материал, доставшийся ему, был не самым удачным. Бейли изматывала себя на тренажерах до седьмого пота, и результат оказался выше всяких похвал. Ее волосы, когда-то короткие и скучно-русые, превратились в великолепный блонд с медовыми и серебристыми вкраплениями, шалью укрывавший плечи. Оттенок выглядел совершенно натуральным и невероятно шел к цвету кожи, дорогая стрижка правильно подчеркнула черты лица, сделав его более изящным и свежим (даже в те моменты, когда Бейли едва вылезала из-под одеяла).

До брака с Джеймсом у Бейли также не было проблем со вкусом, и она одевалась настолько элегантно, насколько ей позволяла зарплата. Но ведь есть разница между простой элегантностью и настоящим гламурным шиком, правда? А теперь Бейли могла позволить себе одеваться гламурно. Внешность ей досталась достаточно обыкновенная, и до замужества ее можно было описать в лучшем случае как «привлекательную» или «симпатичную», однако дорогостоящий уход за собой и правильное обрамление превратили Бейли если не в ограненный алмаз, то по крайней мере в высококачественный рубин. А порой она выглядела действительно сногсшибательно, когда ей того хотелось, – заслуга личного косметолога и стилиста, приобретавшего для нее одежду на заказ. Если окружающие женщины носили одежду, сшитую по стандартным лекалам, Бейли надевала лишь то, что было пошито исключительно на нее.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке