Позывной: Москаль. Наш человек лучший ас Сталина (24 стр.)

Тема

И тогда к 1944 году останется решить судьбу Восточной Германии и генерал-губернаторства, то бишь Польши, где скопятся недобитки из Вермахта и Люфтваффе. В любом случае, ожидать нового нападения Советскому Союзу не придется – у немцев не останется сил. И тогда вырисовываются два варианта – либо русские вместе с англичанами и американцами берут штурмом Берлин, либо англосаксы станут интриговать – сговариваться с немцами, чтобы "освобождать" Европу уже от русских.

В этом случае нашим придется перейти границы Польши и Ла-Манш, зато к соцлагерю прибавятся Польская Народная Республика и СФРВ – Социалистическая Федеративная Республика Великобритания…

Конечно, все будет очень непросто, возникнет масса вопросов: согласится ли Шарль де Голль на союз с коммунистами? Освобождать ли Испанию с Португалией? Что делать с целым выводком королей и королев? Как быть с Турцией – всю ее оприходовать или только проливы?

Но как нет крепостей, которые не способен взять русский солдат, так и проблем без решения не бывает. Решим как-нибудь.

Да и в Азии тоже надо действовать жестче: не разругаться с Красным Китаем, а влиять на Мао, вести свою игру. И пусть будет под боком не та Япония, куда американцы войдут, да так и не выйдут, а Японская Народно-Демократическая Республика.

А после образования социалистической Великобритании надо тихо-мирно, без резни, освободить Индию…

…Жилин усмехнулся и покачал головой. Его мечты можно легко назвать бреднями, но самое интересное заключается в том, что все эти контуры грядущего вполне реальны: война всегда являлась мощнейшим рычагом, способным воистину перевернуть Землю.

Вон, отгремела Первая мировая, и что? Четыре империи развалились! А сейчас глобальный пожар бушует еще сильнее. Если упустить шанс, то во Второй мировой опять победит лишь одна держава – Соединенные Штаты.

"Обойдутся!" – решил Иван. Отряхнувшись, он энергично зашагал к КП.

На гербе СССР совсем не зря изображено Восточное полушарие…

В. Зайцев:

"…И тут вдруг я увидел четыре внезапно появившихся около нас немецких самолета "Ме-109". Два из них сразу атаковали нас, но огня почему-то не открывали, – видимо, экономили боезапас. Они сразу же ушли на второй круг. У нас, между прочим, тоже боезапас был израсходован – при штурмовке наземных целей. Единственным для нас спасением было максимальное снижение. И мы стали идти, почти касаясь волн.

Во второй заход один из "Мессеров", заходя в хвост нашего самолета, резко сблизился с нами и… вдруг с левым креном исчез в волнах Черного моря!

Оказалось, что мой стрелок Фарси Ганифанидов из-за того, что в его крупнокалиберном пулемете УБТ отсутствовали патроны, швырнул в немца пачку листовок – их нам давали для сбрасывания над территорией противника. Видимо, немецкий летчик, внезапно увидев веер белых бумаг – листовок, испуганно выполнил опасный маневр (крен или разворот) или на секунду выпустил штурвал. Это его и погубило.

И что получилось? Руководитель группы этот самолет засчитал сбитым нами, за что мы потом были отмечены правительственными наградами…"

Глава 11
Вторая линия

7 июля 122-й истребительный авиаполк перелетел в район Смоленска, на аэродром возле райцентра Белый, небольшого поселка около озера Щучье.

Отныне полк входил в состав все той же, "родной" 11-й смешанной авиадивизии, приданной 13-й армии.

В это самое время немцы брали Минск в двойные клещи.

3-я танковая группа Германа Гота вышла к Неману, но захватить мосты в Алитусе и Мяркине фашистам не удалось – советские "ишачки" разбомбили оба.

Форсирование Немана и сражение за Алитус сопровождалось "исключительно тяжелым танковым боем", как признался сам "папаша Гот", но фашисты все-таки прорвались на восточный берег Немана, неся большие потери.

8-й авиакорпус фон Рихтгофена три дня подряд вел воздушные бои с 7-й и 57-й САД, пока "Мессершмитты" с "Юнкерсами" не обескровили авиацию 11-й армии, отступавшей к Вильнюсу и Каунасу.

3-я армия отошла к Новогрудку, 10-я армия – к Слониму.

4-я армия оставила Брест, переместившись к Пинску.

Своевременное отступление не позволило Вермахту перерезать пути отхода РККА – красноармейцы не угодили в "Белостокский котел", хотя и потеряли многих убитыми из-за постоянных налетов Люфтваффе.

С другой стороны, советские пилоты из 9-й, 10-й и 11-й смешанных авиадивизий ощутимо сдерживали беспредел "птенцов Геринга", прикрывая отступление Красной Армии.

И нет позора в том, что советские летчики потерпели-таки поражение. На старых машинах, без раций, зачастую имея по двадцать часов налета, они сразились с опытными немецкими пилотами, у которых за спиной опыт битвы за Британию, за Францию и прочую Европу. Сразились и не раз сбивали опытных летунов…

…1 июля 2-я танковая группа Гудериана заняла Барановичи, подходя к Минску с юга.

3 июля части 3-й и 4-й армий РККА, отступавшие в район Налибокской пущи, вступили в сражение с 47-м механизированным корпусом Вермахта у поселка Столбцы, в результате которого был полностью разгромлен 4-й стрелковый и 11-й механизированный корпуса.

10-й армии пришлось тяжелее всех – ее дивизии попали под охват 3-й танковой группы Гота, но сумели-таки связать боем и задержать на сутки немецкий 39-й мотокорпус, пока не подошла 13-я армия под командованием генерал-лейтенанта Филатова.

Однако ни вместе, ни порознь сдержать напор трех танковых дивизий Вермахта – около семисот танков! – красноармейцы не смогли и отступили к Минску.

Остатки 10-й армии пошли на доукомплектование 4-й.

2-я танковая группа Гудериана продвигалась с боями, отвоевывая каждый километр пути у 22-й и 30-й танковых дивизий 4-й армии и 20-го мехкорпуса 13-й армии.

Лишь к 5 июля немцам удалось выдвинуться к Дзержинску.

6 июля фашистские танки, преодолевая сопротивление РККА, ворвались в Минск.

В итоге противник нанес серьезное поражение Западному фронту, продвинувшись на глубину в триста километров.

Семь "Армий второй линии" заняли оборону на рубежах Днепра и Западной Двины. Близилось Смоленское сражение…

…А в это самое время авиаконструктор Лавочкин получил строгое предписание из Кремля: срочно готовить истребитель "ЛаГГ-5" к серийному выпуску, устранив все огрехи (список прилагается).

Тем же манером озадачили Поликарпова и Туполева – в ГКО сочли архиважной задачей довести до ума истребитель "И-185" и бомбардировщик "Ту-2" (ФБ).

Генералу "от артиллерии" Грабину было поручено доработать 85-мм пушку "Ф-30" и 107-миллиметровую "Ф-42" для танков "Т-34" и "КВ", а "творческому дуэту" Нудельмана и Суранова – заняться автоматической 37-мм пушкой для нужд авиации и бронетанковых войск.

Самих танкостроителей тоже изрядно напрягли – "тридцатьчетверке" требовалась башня побольше (в предписании был рекомендован вариант шестигранной башни-"гайки"), а двигатель на "КВ" следовало ставить помощнее. Создатели знаменитого танкового дизеля В-2 тов. Чупахин и Трашутин "резко" взялись за дело, в тот же день тов. Шашмурин получил задание: в темпе разработать метод закалки обычных углеродистых сталей ВЧ-токами, дабы повысить ресурс танков.

При всем при том оба танка нуждались в надежной подвеске, а также в навесных экранах из стали дюймовой толщины, наваренных поверх брони в самых уязвимых местах.

Мало того, инженерам и конструкторам было приказано собирать на базе "Т-34" боевые машины пехоты (БМП), вооруженные удлиненными пушками "НС-37" и крупнокалиберными пулеметами Березина, а также самоходные артустановки "СУ-85".

Сотрудникам НИИ-20 товарищ Сталин поручал совершенствовать радиолокатор РУС-2 "Редут", продолжить работы над самолетным радиолокатором "Гнейс-2", а также разработать радиостанции мешающего действия для забивки немецких раций.

В среде КБ и НИИ началось оживленное "шу-шу-шу" на тему великих перемен и переломов…

Рано утром, по холодку, Жилин покинул землянку и вышел подышать. В теле ощущалась застарелая усталость, а выспаться по-хорошему не удавалось. Закроешь дверь – жарко, откроешь – комары. Зудят, гады, как те "Мессеры". Только и слышно – шлеп, шлеп! Сонная "ПВО" работает.

Зевнув, как следует потянувшись, Иван умылся из бочки – холодная дождевая вода приятно освежила, добавила тонуса организму.

Было еще темно. Стояло то время, когда ночь уходила, а предутренние сумерки еще не пришли. Лишь на востоке темень была чуток разбавлена серой акварелью, обещая рассвет.

В ночи всякий звук разносился далеко и слышался ясно. Вот техник звякнул ключом, вот заскрипел насос.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке