Семь лет в ожидании убийства

Тема

---------------------------------------------

Микки Спиллейн

* * *

В комнате было душно, я буквально обливался потом. Сквозь дрему откуда-то издалека до меня донесся шум и чьи-то голоса. Дверь слегка приоткрылась, луч света, прорезав тьму комнаты, упал мне на лицо. И тут же я услышал незнакомый голос:

— Открой-ка дверь, приятель.

Я встал с постели, подошел к двери, прикрыл ее, снял цепочку и едва успел отступить, как дверь распахнулась с такой силой, что чуть не сбила меня с ног.

На пороге стояли два громилы. Оба сами по себе производили внушительное впечатление, а кольты, которые они сжимали в руках, придавали им еще более устрашающий вид. Меня, однако, они не напугали.

— Какого черта вам здесь нужно? — спросил я.

Даже не взглянув на меня, один амбал с лошадиной физиономией взмахнул рукой. От его резкого удара меня вывернуло наизнанку, а сам я, внезапно оказавшись на четвереньках, пытался восстановить дыхание, широко открыв рот, как рыба, которую вытащили из воды.

— Ее здесь нет, — сказал второй амбал. — Парень нажрался и дрых. Закрыл дверь на цепочку и вырубился. Да и, как она могла сюда попасть, если он был в отключке?

Больше они не произнесли ни слова, но когда я поднял голову, тот тип, что мне врезал, пристально посмотрел на меня. Я ухмыльнулся ему в ответ. Без злобы, а так, будто понимая, что работа есть работа. Я скалился, изображая добродушие, до тех пор, пока он не пожал плечами и не сказал:

— По-моему, это псих. Пошли отсюда.

Прошло еще пять минут, прежде чем мне удалось встать, и еще столько же, пока я добрался до раковины. Открыв холодную воду, я плеснул ее на лицо и голову, смывая кровь.

Покончив с этим и даже не взглянув в зеркало, я добрался до постели, плюхнулся на нее и прижался к теплой нагретой стенке. Нестерпимая головная боль постепенно начала утихать. И тогда я произнес:

— Ну ладно, теперь выбирайтесь оттуда.

Обшитая деревом дверь стенного шкафа, казавшаяся частью дальней стены, открылась. Несколько секунд в темном проеме ничего нельзя было разглядеть, кроме какой-то тени. Но затем тень материализовалась и, наконец, я увидел девушку. С коротким рыданием она, сделав шаг вперед, остановилась и замерла.

Я нашарил позади себя выключатель и зажег ночник. Загорелся тусклый красноватый свет, но его было достаточно, чтобы разглядеть то, что нужно.

Девушка была красива. Чертами лица она напоминала индианку, волосы ее были иссиня-черными. Как и я, она вся взмокла от пота, платье прилипло к ее телу, обрисовывая высокую грудь и плоский живот. От волнения она прерывисто дышала. Бледность ее лица резко контрастировала с полными красными губами.

Девушка стояла, молча глядя на меня. Ее бедра слегка покачивались, как у молодой, готовой сделать прыжок лани, и я невольно залюбовался ею.

— Они ушли, — сказал я. — А этот шкаф — единственное место, где можно спрятаться. Вы неплохо придумали.

Она дотронулась языком до сухих губ.

— Когда вы... догадались?

— Сразу же, — при движении мои губы кровоточили, и я вытер их рукавом.

Проследив за моим движением, она взглянула мне прямо в лицо.

— Вы могли сказать им обо мне, и тогда они не стали бы...

— Этим ублюдкам? Ни за что.

— Спасибо.

— Да чего уж. Просто не очень приятно, когда тебя будят таким вот манером.

Тут она впервые улыбнулась. Нет, скорее не улыбнулась, а... усмехнулась. От этого ее лицо изменилось и мне вдруг показалось, что куда-то исчезла жара, ощущенье похмелья, боль в голове, словно вокруг все стало другим и сам я стал другим. Но это было всего лишь мгновенное ощущение, и оно тут же исчезло, оставив только боль растревоженной памяти.

— Могу ли я вам чем-нибудь помочь? — спросила она.

— Вряд ли. Уже никто не в силах помочь мне, малышка.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке