Дневник русского добровольца

Тема

Аннотация: Испания 1937 года. Дневник капитана Лопухина, добровольца в армии генерала Франко.

---------------------------------------------

Испания 1937 года

1 сентября

Прибыли в деревню Конти: десятка полтора обветшалых крестьянских домов, в центре церквушка, которую выстроили, видимо, еще во времена царя Гороха. Моросит дождь... Зашли в один из домов, страшная беднота. По-моему, еще хуже, чем у нас, в России. Ночевать решили во дворе (в доме очень спертый воздух). Натянули два куска брезента, прижались друг к другу спинами. Санчес наковырял где-то щепок и развел огонь. Испанцы без кофе не могут, вот и наш — придвинул к импровизированному очагу свой помятый котелок.

Потянуло дымком, и сразу нахлынули воспоминания (так со мной всегда, когда меняю обстановку и перемещаюсь в пространстве): имение отчима под Ливнами, я развожу свой костерок в укромном уголке огромного запущенного парка. Сверху капает дождь, капли стучат по листве, но не могут пробить крону. Я, весь сжавшись, зачарованно смотрю на язычки пламени, пожирающие тонкие ветки и пожелтевшие листья...

Но выпить кофе Санчесу спокойно не дали. Во двор вошел капитан Свинцов. Поставил нашему "отделению" задачу: окопаться на окраине деревни и внимательно следить за возможным подходом красных (так здесь все называют республиканцев и их сторонников).

В нашем "отделении" пять человек — я, поручик Черемушкин, Сергей Иванов (штатский), Санчес и фон Дитрих (немец из Эстонии). Я и Черемушкин прошли смуту в России (я — в составе Корниловского полка, Черемушкин — в рядах армии адмирала Колчака). Фон Дитрих говорит, что воевал у Юденича, но очень сомнительно: стреляет плохо, очень не дисциплинирован и вообще, витает где-то в облаках. Авантюрист, это скорее всего. Об Иванове мало что знаю, говорит, что окончил гимназию в 1917-м, с родителями бежал в Крым, рвался в армию, но отец не отпустил. В ноябре 1920-го ушел на одном из судов в Турцию, жил в Константинополе, где потерял мать и отца (умерли, по его словам, от тифа). Проев последние деньги (продавал семейные жемчуга), смог нелегально пробраться в Болгарию, а оттуда в Прагу, где учился в одном из эмигрантских институтов. В начале 1930-х, уже в Париже, перебивался случайными заработками, но внимательно следил за жизнью соотечественников и мировыми катаклизмами. Сейчас в Испании. Хочет, опять же как сам говорит, проверить себя. Что правда, что нет — кто знает... Санчес — наш единственный испанец, доброволец, его отца — владельца большого поместья — жестоко убили еще в 1935-м, разбушевавшимся крестьянам не давали покоя его земли. Сын спасся, благодаря чистой случайности, что стало с матерью и тремя сестрами, он не знает. (Вновь вспомнил своих соседей по Орловской губернии — Букиных: крестьяне в семнадцатом подняли на вилы отца многочисленного семейства, и тоже — из-за земли. Год спустя дошли сведения, что две дочки-близняшки замерзли зимой 1918-го, сын пошел искать хлеба и пропал, а мать их сошла с ума — ничем не могла помочь своим детям.)

Заняли позицию в тридцати метрах от последнего дома. Вырыли стрелковые ячейки, земля, несмотря на продолжающийся дождь, как камень. Уже вечер. Выставил наблюдателя — Иванова, через два часа его должен сменить Санчес.

Все, иду спать.

2 сентября

С утра вновь дождь. Вдалеке раздается канонада, это артиллерия противника. В десять часов послал Санчеса на командный пункт, быть может, что-то раздобудет поесть. Он вернулся без еды, но вместе со Свинцовым. Тот наорал на меня за то, что я самовольничаю: "Завтрак будет вовремя".

— Во сколько?

Свинцов повернулся и зашагал в деревню, не ответив.

Дожевали последние сухари, запив их холодной водой.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора